Цикл картин «времена года» питера брейгеля

Сумрачный день

Искусство Нидерландов 16-го века
Картина «Сумрачный день» из серии «Времена года». Работе над этой серией пейзажей, изображающей полный годовой цикл изменений природы, Брейгель посвятил весь 1565 год.

Пейзажи «Времена года» были созданы по заказу антверпенского финансиста Николоса Ионгелинка, видного коллекционера произведений искусства, в собрание которого уже входили другие картины Брейгеля. К своей коллекции Ионгелинк относился сугубо практически – как к удобному средству вложения денег.

Когда художник еще только начинал работу над «Временами года», заказчик уже распорядился их судьбой: 22 февраля 1565 года Ионгелинк передал всю свою коллекцию антверпенской городской казне в обеспечение крупного денежного займа, взятого им у города.

Ионгелинк так и не выкупил свой залог, и лучшие картины Брейгеля оказались запертыми в городском казнохранилище на долгие десятилетия.

Вот уже много лет картины-пейзажи «Времена года» Брейгеля вызывают бурные дебаты исследователей.

Спорят, например, о том, сколько картин первоначально входило в серию: одни предполагают, что их было двенадцать и каждая изображала определенный месяц; другие доказывают, будто их всего четыре и посвящены они временам года, так что из цикла исключается то «Сенокос», то «Жатва».

Наиболее правдоподобна версия, что Брейгель написал шесть картин, посвятив каждую двух месяцам сразу. В картинах «Времена года» художник начинает выводить на первый план укрупненные фигуры людей. Это крестьяне, занятия которых естественно подчинены смене времен года. Таким образом, человек выступает как органическая часть природы.

Все пейзажи Брейгеля не только величавы, но и по-своему уютны. Такова приветливая земля Нидерландов, жители которых лучше других народов обживали природу, не нанося ей вреда. Питер Брейгель умеет показывать зрителю самые простые вещи как чудо.

Картинам серии «Времена года» созвучны слова философа и писателя Эразма Роттердамского: «Бог способен явить любые чудеса – в нарушение законов природы, но ежедневно творит чудеса намного большие: Эти чудеса в естественном ходе вещей, т.е.

в самих законах природы, которые нам привычны, и поэтому мы не замечаем их чудесности».

В картине «Сумрачный день» Питер Брейгель изобразил природу ранней весны, конец февраля или март с его рваными, набухшими тучами, медленно разгорающимися красно-коричневыми тонами земли, оживающими голыми ветвями и всепронизывающим весенним сырым ветром. В цикле картин «Времена года» художником отображен круговорот природы, перемена ее обличья и внутреннего ритма.

История искусства. Далее →

Источник: http://smallbay.ru/article/bruegel05.html

Питер Брейгель-старший: картины

Фламандский художник Питер Брейгель Старший прожил недолгую жизнь, чуть более сорока лет. Впрочем, в ХVI веке в северных странах средняя продолжительность жизни составляла те самые 40 лет.

В отличие от многих других нидерландских мастеров, включая знаменитого Иеронима Босха, он не расписывал алтари в церквях.

Брейгель писал картины, которые зачастую попадали к знающим толк в живописи коллекционерам.

«Падение Икара»

Одна из ранних работ художника – «Падение Икара» (1558). Действие античного мифа Брейгель перенес в современные ему Нидерланды, создав на его основе притчу о человеческом равнодушии.

Здесь каждый занят своим делом: пахарь возделывает землю, рыбак забрасывает сети, пастух пасет стадо овец. Никто не обращает внимания на тонущего неподалеку от берега Икара.

Недаром говорят в Нидерландах: «Ни один плуг не остановится, когда кто-то умирает».

«Времена года»

В европейской живописи долгое время не было пейзажного жанра. Считалось, что изображение природы в отсутствии человека не будет интересно зрителю. Именно Брейгелю принадлежит заслуга создания жанра.

В 1565 году он написал цикл из шести картин под общим названием «Времена года». Каждая из этих работ отражает состояние природы в течение двух месяцев. Правда, одна из них утрачена.

Судя по всему, она была посвящена весенним месяцам.

Пейзажи Питера Брейгеля населены людьми, тем не менее, центральным образом в них является природа. Лучшей картиной цикла считаются «Охотники на снегу». Здесь изображен заснеженный зимний пейзаж, скованная льдом река и охотники, бредущие по снегу со своими собаками.

Конец зимы – начало весны художник показал в картине «Сумрачный день». Поэтическому изображению летнего сельского труда посвящены пейзажи «Жатва» и «Сенокос».

Завершает цикл картина «Возвращение стада», где показана поздняя осень, когда, в преддверии ненастья, погонщики спешат загнать стадо в теплый хлев.

«Слепые» и «Торжество правды»

Страшная, поистине душераздирающая сцена изображена в картине Брейгеля «Слепые» (1568). Слепые с пугающими пустыми глазницами цепочкой движутся за слепым поводырем и – один за другим – падают в реку.

Сюжет о том, как люди готовы слепо повиноваться вождям, ведущим их в никуда, оказался настолько актуален, что в конце ХIХ века бельгийский драматург Морис Метерлинк, под впечатлением от произведения Брейгеля, создал пьесу под тем же названием – такую же философскую и трагически безысходную.

Рассказывают, что в конце своей недолгой жизни живописец работал над картиной, обещавшей стать непревзойденным шедевром. Однако не сохранилось не только эскизов и набросков, но даже упоминаний о том, что было на ней изображено.

Известно только ее название – «Торжество правды». Возможно, все это лишь красивая легенда.

Ведь кто как не Брейгель, так правдиво рассказавший в своих картинах-притчах о человеческой природе, должен был прекрасно понимать, что торжество правды на земле изобразить практически невозможно.

Источники:

Источник: https://www.kakprosto.ru/kak-955424-piter-breygel-starshiy-kartiny-

«Колорит»: «Мужицкая» живопись Питера Брейгеля. Смыслы картины «Падение Икара»

Питер Брейгель Старший – это один из наиболее известных художников Северного Возрождения, и можно лишь гадать, почему так вышло, что на фоне целой плеяды одаренных творцов той эпохи общеизвестными стали именно Брейгель, Босх и Дюрер. Сегодня Concepture разбирает по полочками картину Питера Брейгеля «Падение Икара».

Стиль Брейгеля, быть может, не столь запоминающийся, как у Босха, но довольно узнаваемый. Кроме того, по какой-то причине его картины очень любят использовать иллюстраторы и оформители книг (особенно его «Вавилонскую башню», «Охотников на снегу» и «Зимний пейзаж»).

В первую очередь, это очень насыщенные деталями и действиями картины, в которых преобладают реалистические сюжеты, часто соединенные с библейскими темами и мотивами. В большинстве случаев картина Брейгеля представляет собой смесь пейзажа и жанровой сцены. Именно за интерес к визуальной и нарративной стороне жизни простого народа, Брейгель и получил свое прозвище – «Мужицкий».

Картина «Перепись Вифлееме», 1566 г.

Бытует даже легенда, что художник часто переодевался в крестьянскую одежду, чтобы гулять среди селян и подмечать яркие мелочи жизни.

Также стилю Брейгеля характерна палитра из чистых цветов (как в иконописи, где каждый цвет – прежде всего символ), с некоторым преобладанием желтого тона (что во многом связано с фламандской манерой и вообще теми средствами и техниками, которыми писались картины в то время).

Брейгеля действительно можно считать одним из самых ярких представителей и эпохи в целом, и складывающейся франко-фламандской школы живописи, а потому в его работах отразилось многое – техника того времени, исторические события, представления о мироздании. И все-таки хотелось бы обойтись здесь без ставших привычными в отечественной литературе клише, вроде этого:

Подобные суждения пытаются установить связь автора и эпохи как-то слишком наивно и «в лоб». А ведь за такой попыткой лежит и убеждение исследователя в том, что он выше и умнее жителей того времени, хотя бы просто потому что знает последствия. Возможно, совсем избежать подобной позиции и не удастся, но мы попробуем.

 Брейгель непредвзятым взглядом 

Воображение зрителя. Как художник он обращается прежде всего к воображению зрителя.

Схематичные из-за малых размеров фигурки не показывают, а рассказывают о происходящем, равно как ключевые смыслы и эмоции вычитываются и даже домысливаются нами.

Так, например, главное событие, вынесенное в название, у него часто находится отнюдь не на первом плане: таковы «Падение Икара», «Обращение Савла», «Перепись в Вифлееме», более того, в последней картине мы даже не видим лица Иосифа.

Картина «Обращение Савла», 1567 г.

Однако то, что было для современника Брейгеля понятным знаком-отсылкой, для нас – уже загадка, требующая расшифровки. Например, в картине «Охотники на снегу» можно найти сразу несколько отсылок, точно указывающих на месяц декабрь (крестьяне готовятся коптить свинью, охотники с жалкой добычей, игры на льду).

Театральная сцена. Мир в картинах Брейгеля похож на театральную сцену, на которой одновременно разыгрываются и маленькие эпизоды человеческих жизней, и природные, космические процессы. По сути в основе его визуального опыта не снимок с натуры, а театральная мистерия, показывающая, что наша повседневность не чужда великого и значительного.

Картина «Фламандские пословицы», 1559 г.

Мистерия как особый жанр в то время остается знаковым явлением для городов, он постепенно освобождается от контроля церкви (переходя в ведение муниципалитетов).

Ярче всего эта сценичность, соединяющаяся в некое общее «космическое» зрелище, проявилась в цикле картин «Времена года» (количество картин неизвестно, до нас дошли только пять работ – «Сенокос», «Жатва», «Возращение стада», «Охотники на снегу» и «Хмурое утро»).

Карнавальное мироощущение, также связанное с шествиями и мистериями, хорошо заметно в других работах (например, «Детские игры», «Фламандские пословицы», «Битва Карнавала с Постом» и другие).

Двойственное настроение. Настроение, превалирующее в сюжетах, о которых повествует Брейгель, довольно двойственно – это что-то трагически-ироническое.

Повествуя о серьезных событиях, он при этом не отказывает себе в иронии, зубоскальстве и доле гротеска, а юношеский пафос Возрождения у него почти всегда уравновешен стариковской народной мудростью, выраженной в пословицах и поговорках.

Картина «Возвращение стада», 1565 г.

Брейгеля сложно заподозрить в высокомерии или отсутствии симпатии к тем, кого он изображает (т.е. по сути простолюдинам), но вы не найдете у него и идеализации крестьянства. По этой причине его картины буквально сопротивляются какой-то однозначной интерпретации, а уж тем более некоей выводимой морали.

Загадочное «Падение Икара»

Это единственная картина Питера Брейгеля, написанная на мифологический сюжет, где-то во второй половине 50-х годов XVI века. На самом деле до нас дошли две версии картины «Падение Икара»: классическая (более логичная) и со странностями (парадоксальная), и обе вызывают вопросы о подлинности.

Первая находится в собрании музея Ван Бюрен в Брюсселе, вторая – в Царском музее роскошных искусств (тоже в Брюсселе). Причем сложно датировать их точно, обычно по умолчанию считается, что вторая написана где-то в 1558 году. Под странностями картины из Царского музея имеются в виду следующие моменты (мы остановимся только на нескольких):

Картина «Падение Икара», версия из Ван Бюрен.

во-первых, на ней есть Икар, но нет Дедала, который по мифу находился тоже в небе (на картине из Ван Бюрен он есть, именно на него направлен взгляд пастуха);

во-вторых, солнце на картине изображено в закате на горизонте, что нелогично, т.к. закатное солнце вряд ли бы растопило воск крыльев Икара, к тому же пейзаж в общем нарисован в яркой, а не закатной части дня (что видно по гамме и теням);

в-третьих, возможно в силу плохого состояния картины на этой версии нельзя разобрать, что представляет собой крупная белая точка в кустах (перед пахарем).

Обычно это пятно трактовали как голову мертвого или спящего человека, якобы подчеркивающего смысл картины. Возможно, лицо было дорисовано позже.

Читайте также:  Урал: население, промышленность и хозяйство

Однако инфракрасное изучение версии из Ван Бюрен позволило обнаружить, что это не лицо, а зад человека, справляющего нужду.

Эта двойственность породила мнение о том, что первая версия – оригинал, а вторая – чья-то неумелая копия. Однако были и те, кто напротив утверждал, что именно парадоксальное построение композиции – признак гения, отступающего от канона, который, согласно нарративу мифа, предписывал изображать Икара вместе с Дедалом.

Картина «Падение Икара», версия из Царского музея роскошных искусств.

Великий художник способен изобразить не только то, что можно видеть, но и то, чего видеть нельзя. Так, например, уставившийся в никуда пастух – не просто какая-то несуразица, а естественное удивление человека, над которым только что нечто пронеслось по небу (т.е. мы буквально видим траекторию падения Икара).

Поэтому, на наш взгляд, второе суждение вполне оправданно, учитывая склонность Брейгеля к необычным ракурсам, символам и загадкам, а также иронии и свободному отношению к канонам. В некотором смысле эта точка зрения подтверждается и любопытным фактом: повсеместно цитируемой стала именно вторая версия картины.

О принадлежности обеих картин кисти Брейгеля до сих пор идут споры. Обе версии, вероятно, (даже с инфракрасной рефлектографией искусствоведение – наука неточная) являются копиями с одной картины, предположительно написанной Брейгелем.

На это указывает характер первоначального наброска, более простого по технике, чем манера великого художника.

Однако в целом по своим смыслам с большой долей вероятности можно утверждать, что «Падение Икара» когда-то было задумано (и, возможно, написано) Питером Брейгелем Старшим.

Дело в том, что в общей смысловой канве этой картины очень тонко переплетены три ключевых элемента: идеи Ренессанса, ироническое отстранение от них и указания на народную мудрость, выступающую контрапунктом этого отстранения.

Таким образом, возникает узнаваемый стиль Брейгеля Старшего, в котором высокое (идеалы Возрождения) и низкое (народное, мужицкое здравомыслие) не столько противопоставляются, сколько пребывают в динамике и взаимном дополнении.

Именно по этой причине «Падение Икара» невозможно проинтерпретировать сугубо в одном ключе: ни как чисто трагическое произведение, ни напротив, как высмеивание трагического пафоса.

Верхняя центральная часть картины «Падение Икара» (версия из Ван Бюрен): в небесах парит Дедал.

Итальянский Ренессанс во многом опирался на две взаимосвязанные идеи – гуманизм и гносеологический оптимизм. Вера в человека и вера в познаваемость мира придает Возрождению напор и задор, характерный юношеству.

Однако где-то на периферии сознания вместе с этой дерзостью и оптимизмом появляется меланхолия. Причина в том, что человек – не только гордый творец, но еще и хрупкое существо, подвластное случаю.

Мир (даже если и познаваем) велик, а жизнь человека коротка, и всякая юность, красота и острота ума – довольно часто мимолетны.

Человек Ренессанса бежит прочь от этих мыслей, но они возвращаются в форме ощущений (возможно, поэтому в итальянском искусстве той эпохи это чувство нашло себе место лишь в музыке).

Брейгель, выбравший сюжет о наказании за гордыню, явно отсылает не только к традиции христианского порицания этого греха, но и буквально изображает судьбу тех, кто возомнил себя титанами духа.

В то же время на картине присутствует целый ряд образов, показывающих, что сам автор не отказывается от идей Возрождения, а лишь указывает на трагизм существования (особенно легкомысленного, как у Икара).

Детали и образы

Общая композиция «Падения Икара» задана двумя источниками. Первый – сюжет мифа об Икаре и Дедале.

Он хорошо известен, чтобы его пересказывать, отметим лишь любопытный момент: в отличие от большинства мифов, где боги наказывают людей за высокомерие или непочтительность, история Икара – это гибель из-за легкомыслия в отношении отцовского совета, а также пренебрежения естественными законами.

Правый нижний угол картины «Падение Икара»: в воде можно заметить тонущего Икара.

Вторым источником считается голландская пословица «Ни один плуг не остановится, когда кто-то умирает». Именно это и изображено на переднем плане картины. У этой поговорки, вероятно, есть несколько прочтений, как минимум буквальное и символическое.

В буквальном прочтении речь идет о том, что ничто не должно быть важнее выживания тех, кто еще жив, и главной угрозой для большинства оставался голод.

В символическом же плане плуг – это указание на космический цикл, включающий в себя повторяющиеся природные процессы, и они безразличны по отношению к судьбам людей.

Левый нижний угол и центральная часть картины «Падение Икара»: пахарь с плугом – предположительно отсылка к пословице.

Главными персонажами картины являются пахарь, пастух с собакой, рыбак, а также тонущий Икар (в варианте из Ван Бюрен еще Дедал) и еще один человек в кустах. Список этих персонажей, кроме последнего, по всей видимости, Брейгель взял из строк Овидия. В «Метаморфозах» он описывает полет Икара и Дедала так:

Персонаж же, скрывающийся в кустах, становится своего рода подписью Брейгеля; как выше уже отмечалось это фигура человека, справляющего нужду (она будет повторяться несколько раз в его картинах, например, в «Сороке на виселице»). Она подчеркивает безразличие присутствующих персонажей к произошедшему с Икаром.

Несколько важных символов

Куропатка

Правый нижний угол картины «Падение Икара»: на ветке рядом с рыбаком видно куропатку.

Во-первых, это куропатка (сидящая на ветке над рыбаком), которая имеет прямое отношение к мифу о Дедале. Согласно Овидию, причиной бегства Дедала на Крит было убийство своего юного племянника Пердикса, чьи таланты вызвали зависть мастера. Погибший Пердикс был превращен Афиной в куропатку. И ее присутствие на картине добавляет произошедшему оттенок возмездия.

Меч

Левый нижний угол картины «Падение Икара»: на небольшом выступе рядом с ослом можно заметить некие предметы, предположительно меч и сума

Во-вторых, это меч, кошель или сума и мешок (расположенные на камне перед пахарем).

Сегодня сложно определить, что именно вкладывал в эти символы Брейгель и его современники, но по большому счету это указания на то, вокруг чего строится жизнь простого человека – защита себя, борьба с нищетой и забота о пропитании. Недаром одна из голландских поговорок звучит так: «Человек без денег – всё равно что мертвец».

Каракка

Правая центральная часть картины «Падение Икара»: рядом с тонущим Икаром изображена каракка.

В-третьих, каракка, направляющаяся то ли в город вдали, то ли в открытое море. Стоит отметить, что во времена Брейгеля это не обычный корабль, а настоящее сверхсовременное чудо техники и человеческой мысли.

По сравнению с небольшими коггами и неуклюжими галерами, составлявшими основную часть флотов средневековья, каракка (со временем превратившаяся в галеон) – это просто космолёт. Это первый корабль, действительно приспособленный для открытого моря, с большим экипажем и сложной конструкцией.

На построенной госпитальерами в 1522 году каракке «Святая Анна» была кузница, ветряная мельница, печи, столовые, цветочный сад.

Именно на таком типе судна Колумб достиг Америки, и команда Магеллана совершила первое кругосветное плавание.

Присутствие образа такого корабля вряд ли было случайным или было призвано еще раз подчеркнуть безразличие окружающих к Икару (экипаж корабля смотрит в другую сторону).

Скорее он подчеркивает контраст между технологиями (и тем, что они обещают в будущем) и традиционным тяжелым трудом крестьянина.

Брейгель и «новые времена»

Стараясь уйти от банальных суждений и моралите, некоторые исследователи склоняются к мысли о том, что для Брейгеля важной темой творческой рефлексии остается связь человека и мира. Возможно, «Падение Икара» – это род суждения о том, как связаны человек и природа.

Картина «Мизантроп», 1568 г.

В то же время нужно подчеркнуть амбивалентность этого суждения: на картине можно заметить не только мысль о подчинении природе (как это делают пахарь, пастух и рыбак), но и о возможности ее познания и преобразования (корабль и город – это рукотворная, «вторая природа» человека, улучшающая его жизнь).

В целом же эта картина является яркой иллюстрацией сложного отношения Брейгеля к «новым временам».

С одной стороны, Возрождение без сомнения способствовало прогрессу наук, искусств и нравов, а это сулило облегчение и улучшение жизни для всех.

С другой стороны, в реальности призывы умных мужей мало что значили, в Европе расцветали охота на ведьм, религиозная нетерпимость, кровавые войны (теперь с еще более совершенным оружием), от чего страдали прежде всего простые люди.

Да и сами идеалы гуманизма были противоречивы, а также не лишены легкомыслия и высокомерия. Брейгель критикует отрыв этих идей и идеалов от реальности, но не становится и консерватором-традиционалом. Зная оба мира, он знает и о том, что правда у каждого своя. И каждому – своё. Или как сурово вещает еще одна голландская поговорка: «Что для одного смерть, для другого – хлеб».

Источник: http://concepture.club/post/rubrika_2021/smysly-kartiny-padenie-ikara

Венский музей истории искусства. Часть 1

Немного о самом музее.

Здание Музея истории искусства, известного также, как Художественный исторический музей, строилось 20 лет по проекту архитектора Готфрида Земпера и было открыто в 1891 году.

В нем разместили разбросанные до тех пор по разным дворцам и музеям многочисленные коллекции произведений искусства, собранные Габсбургами.

Очень скоро места в новом здании стало не хватать и часть произведений живописи и скульптуры эпохи барокко, а также акварели и рисунки и произведения художников 19 века были размещены во дворцах Нижний и Верхний Бельведер и галерее Альбертина.

Оружейную палату и Музей императорской охоты переместили в здание Нового Хофбурга.

В основном здании сейчас представлены четыре основных собрания. Живопись до 18 века, культура и искусство Древнего Египта, Востока и античной эпохи, Кунсткамера и Нумизматический кабинет.

Парадная лестница.Центральный плафон.Колоннада над главным входом.За три часа, отведенные в нашем плотном графике на посещение музея, мы успели посмотреть только коллекцию живописи. Стоимость посещения для взрослых 12 евро, дети и молодежь до 19 лет (!) бесплатно.

Разрешена только любительская съемка без вспышки и штатива. И на том спасибо, в Альбертине, которую мы посетили позже, снимать совсем нельзя. Условия съемки тяжелые, в залах темновато, картины бликуют. Выдержки на ISO 400, 800 были от 1/8 до 1/20.

поэтому качество фотографий, цветопередача, резкость, шумы оставляют желать лучшего, пришлось их сильно подработать в ФШ. Многие фото картин, в частности Босх и Рембрандт совсем не получились.

Выкладываю здесь только самые удавшиеся фотографии картин, не в хронологической последовательности.

Альбрехт Дюрер.

Портрет Йохана Клебергера (1526).Портрет (?)

Лукас Кранах. Рай.

Питер Брейгель Старший.

Охотники на снегу. Зима (1565). Из цикла картин Времена года.Крестьянский танец (1568)Крестьянская свадьба (1568)Вавилонская башня (1563)Битва Масленицы и Поста (1559).С интересом понаблюдали  за художницей, которая делала копию с этой картины.

Палка, грубо прикрученная скотчем к стойке мольберта, служила ей опорой для выписывания мелких деталей.Кто не в курсе, Брейгелей художников было четверо.

Первый, Брейгель Старший (1525-1569) по прозвищу Мужицкий (Крестьянский) — отец.

Второй, старший сын Питера Брейгеля Старшего, — Питер Брейгель Младший (1564-1638), во многом подражавший отцу и сделавший много копий картин отца. Получил прозвище Адский за свое увлечения сюжетами сцен страшного суда, изображением ада, демонов и ведьм .

Читайте также:  Хавьер сеносиан - архитектор, работающий с природой

Третий, младший сын Питера Брейгеля Старшего — Ян Брейгель Старший(1568-1625), прозванный Бархотным за особую мягкую манеру письма.

Четвертый, сын Яна Брейгеля Старшего, внук Питера Старшего- Ян Брейгель Младший (1601-1678). Писал в похожей на отца манере, но в худшем качестве. Делал копии отцовских картин и продавал их за его подписью.

В венском музее представлены картины только первых двух Брейгелей.

Питер Брейгель Младший.

Ловушка для птиц (1601).Избиение младенцев.

Еще одна копиистка. Делает копию картины Лукаса ван Валькенборха Зимний пейзаж (1566). Интересна последовательность копирования. Пишется основное изображение, а падающие снежинки, как на оригинале, будут наносится позже. Также использует палку для опоры при выписывании мелких деталей.

Художник ?

Диптих. Адам и Ева. Искушение и Изгнание из рая.

Тициан.

Браво (ок. 1520).Женский портрет («Виоланте») (1510-1515).Молодая женщина в черном (ок. 1520).Один из залов.

Продолжение

Источник: https://reshell.livejournal.com/65504.html

Питер Брейгель Старший

Настя Стебнева откликнулась (а самый зов здесь) и — вот её эссе о цикле «Времена года» Брейгеля-старшего: 

«Картины, о которых пойдет речь, были написаны в 1565 году и относятся к циклу «Двенадцать месяцев».

Если принять во внимание, что Питер Брейгель Старший, по мнению многих исследователей, родился около 1525 года (точная дата и место его рождения не известны) и посмотреть картины, написанные им до 1565 года, можно понять, что к данному циклу он пришел уже зрелым человеком и художником.

Достаточно взглянуть на все 5 картин цикла, дошедших до нас, и сразу обнаруживается внешнее и внутреннее единство. Внешнее единство, на мой взгляд, заключается в композиционном строе, в стиле изображения, в отношении к колориту.

Композиция во всех картинах построена так, что на переднем плане изображены крупные фигуры людей, занятых своим повседневным трудом, соответствующем времени года. А фон представляет собой пейзажи окрестностей: порой суровые, а порой спокойные и уютные.

Мне показалось интересным, что передний план, в котором заключен центр композиции и фон очень контрастно отделены друг от друга масштабностью изображения, хотя, какой смысл художник вложил в это я не смогла понять. Колорит в каждой картине восхитителен, он очень индивидуален, гармоничен и соответствует выбранной теме.

Что же касается внутреннего единства, здесь я выскажу то, что может быть ошибочным, так как основывается на моем субъективном восприятии и жизненном опыте. Первое, что ощущаешь, глядя на картины данного цикла — это покой. Отчего он возникает?…

Ведь, казалось бы в картинах «Возвращение стада» и «Сумрачный день» такой тревожный фон, в первой мы видим, что надвигается ненастная погода и погонщики стараются поскорей увести стада в укрытие, во второй — бушует море и окружающая природа мрачна.

Но это обычные явления, с которыми человек сталкивается день ото дня, сезон за сезоном, они могут быть суровыми, как и условия в которых мы живем. Но все эти внешние условия нашей жизни преходящи и не являются её сутью. А покой открывается через людей, которые сосредоточены на своем занятии, работе.

И мы не ощущаем, что их деятельность суетна, нет, наоборот, она наполнена основательностью, значительностью и спокойствием. Мы смотрим на персонажей картин глазами автора, с отеческой любовью и теплом. Особенно это явно в картинах «Жатва» и «Сумрачный день». Люди искренне просты, добродушны и увлечены своим трудом. И трапеза на фоне продолжающихся работ и отдых, уставших крестьян — все создает какой-то особый уют и согревает сердце радостью.И почему-то не чувствуется диссонанса между работой и отдыхом, играми на заднем плане в картинах «Жатва» и «Охотники на снегу», но есть ощущение, что всему свое время и место. Меня впечатляет еще один момент в данном цикле: масштабность. Вроде мы смотрим на фрагменты из жизни крестьян, на определенное время года. Но мир и жизнь предстают вне времени, вне пространственных границ и кажется, что мы объемлем взглядом весь мир.

   В стенах города мы так редко имеем возможность соприкоснуться с простором и тишиной, с безмятежностью созерцать красоту и величие мира, созданного Богом.

Так редко мы способны воспринимать самих себя и других людей во взаимосвязи с окружающим нерукотворным миром.

И все же, у нас есть возможность через творчество художников, вошедших в этот опыт созерцания и осмысления бытия, открыть и для себя новую глубину жизни.

   Думаю, можно вникать и вникать в суть каждой из картин, но на это требуется время, богатый жизненный и духовный опыт. Я лишь попыталась выразить в словах то, что сейчас оказалось важным и понятным для меня. И мне кажется каждый сможет почерпнуть для себя полезное из знакомства с произведениям Питера Брейгеля Старшего».

Охотники на снегу

Уладится, будем и мы перед счастьем в долгу.Устроится, выкипит – видишь, нельзя по-другому.Что толку стоять над тенями, стоять на снегу,

И медлить спускаться с пригорка к желанному дому

Послушай, настала пора возвращаться домой,К натопленной кухне, сухому вину и ночлегу.Входи без оглядки, и дверь поплотнее прикрой –

Довольно бродить по бездомному белому снегу.

Уже не ослепнуть, и можно, спокойно смотретьНа пламя в камине, следить, как последние углиМерцают, синеют, и силятся снова гореть,

И гаснут, как память – и вот почернели, потухли.

Темнеет фламандское небо. В ночной тишинеСкрипят половицы – опять ты проснулась и встала,Подходишь наощупь – малыш разметался во сне

И надо нагнуться, поправить ему одеяло.

А там, за окошком, гуляет метельная тьма,Немые созвездья под утро прощаются с нами,Уходят охотники, длится больная зима,

И негде согреться – и только болотное пламя. . .

Бахыт Кенжеев, 1975 

Источник: http://saint-elisabeth.ru/gallery/painting/pieter-bruegel-the-elder/

5 «разгаданных» полотен Питера Брейгеля Старшего

5 сентября 1569 года ушёл из жизни великий фламандский живописец Питер Брейгель Старший.

Незадолго до смерти художнику улыбнулась удача и он получил крупный заказ от городского совета Брюсселя, но так и не успел закончить работу. Живописец ушёл, оставив жену и троих детей в бедности. Старшему сыну, тоже Питеру, было всего пять лет…

«Художник, согласно старинной традиции называемый Питером Брейгелем Мужицким, жил в Нидерландах в XVI веке.

Большинство современников, как это часто бывает, не считало его великим мастером, ближайшие потомки — за редкими исключениями — либо вовсе забыли его, либо оценивали неполно и неточно», — так пишет о живописце искусствовед Сергей Львов в биографии, вышедшей в серии «ЖЗЛ».

Жизнь и судьба Брейгеля загадочны. Он не вёл дневника, не записывал своих рассуждений об искусстве. Подобно нашему Ломоносову, безродный бедняк Брейгель пришёл с рыбным обозом в город Антверпен и, довольно поздно приступив к художествам, вскоре всё наверстал. Его учителем был знаменитый Кук Ван Альст – придворный художник императора Карла V.

Картины Брейгеля были мало известны при его жизни. Гениальный цикл «Времена года», который восхищает художников и ценителей искусства по сей день, был немедленно упрятан заказчиком в ломбард, а остальные работы гнили и осыпались в частных коллекциях.

У художника была дочь, имени которой история не сохранила, и два сына, которые в свое время преуспели на поприще живописи куда больше, чем он. У одного из сыновей было прозвище Адский, у другого — Райский.

Вплоть до XX века Адский и Райский были гораздо известнее гениального отца.

По крупицам наследие Брейгеля было собрано лишь к началу ХХ века. Представ во всём своём творческом могуществе, Питер Брейгель Старший сразу убрал с пьедестала своих сыновей.

В день памяти великого художника «Вечерка» предлагает вашему вниманию читателя подборку его самых известных полотен.

«Большие рыбы поедают малых» (1556)

Наведите курсор на изображение<\p>

Эту гравюру молодой Брейгель нескромно подписал именем знаменитого Иеронима Босха. Будучи малоизвестным и небогатым, Брейгель частенько промышлял такими «шалостями» и подделывал подписи более именитых коллег.

Авторство картины удалось установить только после смерти художника. Гравюру называют «Лучшей иллюстрацией законов капитализма и рыночной экономики», но на самом деле художник имел в виду не экономику, а нидерландскую пословицу.

Собственно, после этой гравюры тема пословиц прочно вошла в творчество Брейгеля.

«Фламандские пословицы» (1559)

Наведите курсор на изображение<\p>

Исследователи творчества Брейгеля смогли определить почти сто пословиц, проиллюстрированных этой картиной. Некоторые из этих пословиц — вроде «метать розы перед свиньями» — вполне созвучны русским эквивалентам.

Смысл других — вроде «ходить вдвоём в один сортир» — больше понятен жителям Голландии (пословица означает — хорошо дружить).

О значении третьих мы можем догадываться, так, например, пословица «не инжир из коня валится» — призывает не обманываться внешним видом.

Исследователи говорят, что пословиц, изображенных Брейгелем на картине, гораздо больше, чем 100. Просто значительная часть со временем забылась и теперь мы не можем их расшифровать. Первые зрители, увидевшие «Фламандские пословицы», просто умирали со смеху, глядя на полотно. Они могли часами разглядывать нелепые фигуры, написанные Брейгелем.

Уже после смерти мастера эту картину много раз копировал его сын Питер Брейгель Младший, правда, все эти копии значительно проще оригинала отца и пословиц на них куда меньше, чем на первоисточнике.

«Охотники на снегу» (1965)

Наведите курсор на изображение<\p>

Знаменитые «Охотники на снегу» — одна из самых известных картин живописца. В этой картине Брейгель использовал несколько необычных для того времени приёмов. Например, патинир — это вид сверху и постепенный переход от тёмных тонов на переднем плане к светлым на заднем. Так художник достиг эффекта глубины.

Ещё одна находка Брейгеля — кроны деревьев. Ощущение пушистости тёмных крон он достиг, как сказали бы сейчас, инновационным приёмом. Сначала несколькими мазками темной краски он намечал ствол и несколько сучьев, а потом щетинистой полусухой кистью удалял краску. Получалось облачко, передающее эффект мелких веточек и инея, который на них лежит.

Приглядевшись к картине мы можем увидеть необычное. На дальнем плане люди играют в хоккей! И это при том, что написано полотно было в середине XVI века!

«Притча о слепых» (1568)

Наведите курсор на изображение<\p>

Художник часто встречал калек и слепых: на дорогах, на сельских ярмарках, на масленичных гуляньях, у церковных дверей…

Начиная с самых ранних своих произведений, он включал их изображения в свои сложные композиции. Если мы приглядимся, то увидим слепых на дальнем плане полотна «Фламандские пословицы».

Крошечный эпизод Брейгель развил для новой картины, созданной по известной библейской притче: «Если слепой ведёт слепого, то оба они упадут в яму».

На картине изображено шестеро слепых, которые цепочкой двигаются вперёд, держась друг за друга. Идущий первым поводырь оступается и вместе с посохом падает в яму. Следующий за ним слепой падает на него.

Третий, связанный со вторым посохом, тоже неминуемо последует в яму. Пятого и шестого, похоже, ждёт та же незавидная участь.

Жуткая вереница калек… Причем, зрителю очевидно, что некоторые из них — ослепленные насильно.

Интересно, что в этой картине Брейгель зафиксировал первые приёмы мультипликации: в шести фигурах представлено шесть различных фаз падения. Так художнику удалось передать движение на казалось бы статичной картине.

«Сорока на виселице» (1568)

Читайте также:  Цитаты о лете

Наведите курсор на изображение<\p>

Эта картина стала последней работой мастера. По мнению первого биографа Брейгеля, «под сорокой он разумел сплетниц, которых обрекали на виселицу». Однако современные исследователи считают, что смысл работы гораздо глубже.

В те жестокие времена испанские власти заставили Нидерланды виселицами, на которых вешали каждый день по нескольку раз. При этом приговоры выносились исключительно на основании доносов и сплетен.

На картине мы можем видеть танцующих и играющих на музыкальных инструментах беспечных Крестьян, словно не замечавших нависшую над ними опасность. На русском языке смысл пословицы мы перевели бы так: «А нам всё равно, а нам всё равно, пусть боимся мы волка и сову».

В подвластных Испании Нидерландах тот же самый смысл передавала пословица «плясать под виселицей».

Источник: https://amp.vm.ru/news/2013/09/03/5-razgadannih-poloten-pitera-brejgelya-starshego-212479.html

Ренессанс

Главная => Художники РенессансаПортрет Брейгеля работы Доминика Лампсония, 1572

Питер Брейгель старший, или «Мужицкий» (Bruegel de Oude, Boerren Brueghel), (между 1525 и 1530-69), нидерландский живописец и рисовальщик. Творчески переработал уроки итальянской живописи 16 в.

, создал глубоко национальное искусство, опирающееся на нидерландские традиции и фольклор.

В творчестве Брейгеля сложно переплелись юмор и фантастический гротеск, лиричность и эпичность картины мироздания («Битва Масленницы и Поста», 1559, «Безумная Грета», 1562, «Крестьянский танец», серия «Времена года», 1565, «Слепые», 1568).

Биография

Таинственна жизнь и судьба Брейгеля.

До сих пор исследователи ищут одноименную фантастическую деревушку, якобы давшую имя юному бродяге, который (за двести лет до нашего Ломоносова) пришел за мифическим рыбным обозом в Антверпен.

И, подобно гениальному русскому «мужичку», поздно приступив к наукам и художетвам, вскоре блистательно все наверстал. Учился у знаменитого и преуспевающего Питера Кука Ван Альста — придворного художника императора Карла V.

Произведения Питера Брейгеля вплоть до ХХ века были скрыты в недрах частных коллекций. Гениальный цикл картин «Времена года» их заказчик, брюссельский купец Ионгелинг, еще при жизни автора упрятал в ломбард. Другие вещи художника рассеялись по городам и весям Европы.

.. Собранный по крупицам и представленный, наконец, во всем своем творческом могуществе Питер Брейгель Старший сразу убрал с пьедестала своих сыновей — художников Питера Младшего (Адского) и Яна Бархатного (Райского), преуспевших в карьере и славе куда больше отца.

Что касается современников художника, то его творчество представлялось им эдакой «шкатулкой с двойным дном». Сам же мастер, храня свои тайны, перед смертью велел молодой жене сжечь многие гравюры и рисунки.

Что же побудило Брейгеля на такой приговор? В чем было ему каяться, чего опасаться? Ответ очевиден: слишком едки и насмешливы подписи под его опусами, да и сами эти гравюры и рисунки безмолвно кричали о многом таком, о чем тогда предпочитали помалкивать.

В жестокое время довелось жить художнику — в период господства в его Нидерландах испанских захватчиков. Даже евангельские сюжеты «Перепись в Вифлееме» и «Избиение младенцев» маскируют у Брейгеля сцены современных ему грабежей и разбоев.

В его картинах угадываются зловещие силуэты виселиц и кострищ, ставших в те годы столь же неотъемлемой частью голландского пейзажа, как мирные мельницы и колокольни.

И вот парадокс: кардинал Гранвелла, испанский наместник, засыпавший Нидерланды пеплом еретиков, вошел в историю как истовый поклонник Питера Брейгеля! Имено он прятал в своем доме его картины, спасши, таким образом и автора, и его вольнодумное искусство от неминуемой гибели.

Таинственна жизнь и судьба Брейгеля. До сих пор исследователи ищут одноименную фантастическую деревушку, якобы давшую имя юному бродяге, который (за двести лет до нашего Ломоносова) пришел за мифическим рыбным обозом в Антверпен.

И, подобно гениальному русскому «мужичку», поздно приступив к наукам и художетвам, вскоре блистательно все наверстал. Учился у знаменитого и преуспевающего Питера Кука Ван Альста — придворного художника императора Карла V. В его богатом доме, полном книг и заморских редкостей, безродный бедняк приобщился не только к живописи, но и обрел интересных мыслящих друзей.

Сильнее их уроков действовали на него только острые впечатления от окружающей жизни, вместившие в себя и трезвый скепсис, и безудержное фантазерство.

Впрочем, это всего лишь осколки истины, добытые «с миру по нитке». Ибо подлинный Брейгель обнаруживает себя, лишь когда ему уже под тридцать: в 1551 году, принятый в антверпенскую Гильдию живописцев, он выступает, наконец, из мрака времени.

Притом, видимо, уже так твердо стоит на ногах, что еще через два года совершает путешествие во Францию, Италию, Швейцарию. Потрясен древними памятниками Рима и шедеврами Возрождения, морскими стихиями и живописными гаванями Средиземноморья. Но больше всего жителя равнин поразили горы.

Кто-то из друзей сказал по этому поводу: «Находясь в Альпах, Питер глотал горы и скалы, а вернувшись домой, стал извергать их из себя на полотно».

Но не только новизну ощущений — новую и, в полном смысле слова, пародоксальную точку зрения на все мироздания являет исполненная по возвращении картина «Падение Икара». В этом первом из своих шедевров Брейгель буквально перевернул популярнейший сюжет «Метаморфоз» древнеримского поэта Овидия.

У Овидия все «столбенеют» при виде «несущихся вольно по небу» Дедала с Икаром.

У Брейгеля на всем огромном пространстве никто не удивлен полетом крылатых людей, каждый поглощен своим делом: пахарь уставился в борозду, рыбак п в свою сеть, пастух лишь чуть-чуть приподнял голову, матросы с проплывающего корабля даже не вышли на палубу п никто не почуял ни волшебства полета, ни трагичности падения летуна Икара! А где же он сам — герой, которого представляли чуть ли не Богом? Лишь пара беспомощно взбрыкнувших над морем мальчишеских ножек — и круги по воде. Исчез в морской пучине, не успев даже (по Овидию) выкрикнуть «имя отцово». Откуда же эта неслыханная дерзость, этот вызов гигантам Возрождения, поставившим человека с его властным желанием и творческой волей над самим мирозданием?.. Революция представлений о мире свершается в Брейгеле под влиянием Николая Коперника, отринувшего роль Земли как центра Вселенной. Всевластное солнце, озаряющее все вокруг, п вот подлинный герой «Падения Икара». А человек? Всего лишь живая пылинка, мелькнувшая в солнечном луче.

Отныне художник толкует по-своему не только античные мифы, но и само Евангелие.

В многолюдных его картинах «Обращение Павла», «Проповедь Иоанна», «Несение Креста» даже сам Христос не выделяется из окружающей его равнодушной толпы.

Так Брейгель возвращает нам жестокую правду истории — даже святые мученики за веру уходили из жизни не признанные никем, кроме близких. Никто из всемирных героев не был оценен при жизни.

Однако трудно представить другого художника-мыслителя, который бы с такой легкостью переходил от холодного скептицизма к горячему, безудержному веселью. И тогда начинаются знаменитые брейгелевские игры. В десятках гравюр художник рядится в одежды всех сословий, разыгрывает всех, кто попадается под руку. И вот уже весь Антверпен — от мала до велика — зовет мастера Питером Шутником.

В «Детских играх» вместе со своими маленькими героями Брейгель смешно пародирует «взрослую» жизнь. Один персонаж стрижет вместо овцы…свинью, другой осыпает свинью розами…

а вот мы уже сидим в деревенском трактире, исписанном доброй сотней нидерландских пословиц, наблюдая, как эти пословицы превращаются в сотню маленьких трагикомедий, являющих перевернутый мир повседневной человеческой суеты

Скептизм, сарказм, ирония, фарс…Таков гениальный Шутник до той поры, пока не решается завести семью. А не решается долго. Ибо лишь в 1563 году, за шесть лет до смерти, делает предложение той, которую полюбил еще девочкой, когда носил ее на руках. Это Мария, по-домашнему Майкен, дочь его незабвенного учителя Питера Кука Ван Альста, которого уже давно нет в живых.

Первое признание будущей жене Брейгель делает в картине «Поклонение волхвов», где Майкен предстает в образе Богоматери. И так скромна, так застенчива эта Царица Небесная, что нет сомнения: художник желал, чтобы его модель была узнана. И Майкен узнает себя. И, ничуть не смущаясь огромной разницы в возрасте, протягивает одинокому Брейгелю свою нежную и верную руку.

Питер Брейгель переезжает в Брюссель, в дом Майкен. Счастливый и окрыленный, он теперь и в живописи ищет выхода из опостылевшей игры скептика и шутника.

И находит его в дружбе того сословия, из которого некогда вышел, — среди крестьян.

Человек исключительной душевной тонкости, он различил за их грубоватой непритязательностью единственную здоровую силу, способную противостоять напору вселенского Зла.

Живописная серия «Времена года» являет крестьянскую жизнь гармонически слитой с природой. В «Сенокосе», «Жатве» благодатный жар и золото зреющих полей целиком согласованы с ритмами извечного и простого мужицкого труда.

Никто из живописцев до Брейгеля не отразил с такой любовью красоту земледельца непосредственно в действии — в могучей пластике широкого жеста косца, тяжеловатой грации собирательницы колосьев.

За создание этого эпоса Питер Брейгель Старший получил главное свое прозвище — Мужицкий.

Рядом с пламенным золотом щедрого лета Брейгель открывает для европейской живописи серебристое очарование северной зимы. От темных силуэтов «Охотников на снегу» свежевыпавший снежный покров земли кажется еще белее, словно отражая тихое сияние неба.

Выдающийся кинорежиссер Андрей Тарковский для своего фантастического фильма «Солярис2 из всех мировых шедевров земного художественного пейзажа выбрал именно эту картину. В библиотеке космического корабля вместо отсутствующего окна «Зима» Брейгеля — как щемящее напоминание об оставленной Земле, как чистота земного детства, как мудрость человеческого бытия.

Человек для Брейгеля уже не космическая пылинка, как некогда в «Падении Икара». Он вновь всемогущ. И это подтверждают его праздничные монументальные сцены «Крестьянской свадьбы». Приземистые и плотные, почти квадратные, подобные живым монолитам, танцоры не слишком изящны и ловки, зато веселятся вовсю, от души.

Движения их полны природной силы, непринужденности, достоинства. В этих людях, наивных и мудрых, Брейгель увидел подлинных хозяев и собственной судьбы, и страны.

Последней картиной Брейгеля стало изображение морской бури, необычайно смелое для живописи того времени. Над вздыбленной синей пучиной моря реют нежно-белые чайки. Они обещают кораблям близость желанного берега. И всякий волен предположить в брейгелевской Буре аллегорию грядущей свободы.

5 сентября 1569 года мастера Питера Брейгеля не стало. Молодая вдова похоронила его в брюссельском соборе Нотр Дам де Шанель. Исполнила ли верная Майкен жесткое предписание мужа об уничтожении его смелой графики? Это никому не известно, ибо завещание Питера Брейгеля Старшего не сохранилось. Настоящим завещанием стали его картины.

Создатель «Триумфа Смерти» заслуженно считается предтечей современного сюрреализма. Однако влияние Брейгеля куда шире. В «Ста пословицах», в «Вавилонской башне» Питер Шутник ввел в обиход европейской культуры жанр трагикомедии. А романтические «Времена года» Питера Мужицкого напоминают, что мир наш действительно вечен и прекрасен.

Источник: https://www.renesans.ru/renaissance/artist_16.shtml

Ссылка на основную публикацию