Рассказ: михаил пришвин «сухостойное дерево»

Лесной хозяин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)

Михаил Михайлович Пришвин

Лесной хозяин

Рассказы

Содержание

Паутинка

Лесной хозяин

Сухостойное дерево

Деревья в плену

Жаркий час

Разговор деревьев

Ореховые дымки

Осинкам холодно

Силач

Старый дед

Именины осинки

Старый скворец

ПАУТИНКА

Вот был солнечный день, такой яркий, что лучи проникали даже и в самый темный лес. Шел я вперед по такой узенькой просеке, что некоторые деревья с одной стороны перегибались на другую, и это дерево шептало своими листиками что-то другому дереву, на той стороне.

Ветер был очень слабый, но все-таки он был: и наверху лепетали осинки, и внизу, как всегда, важно раскачивались папоротники. Вдруг я заметил: со стороны на сторону через просеку, слева направо, беспрерывно там и тут перелетают какие-то мелкие огненные стрелки.

Как всегда в таких случаях, я сосредоточил свое внимание на стрелках и скоро заметил, что движение стрелок происходит по ветру, слева направо.

Еще я заметил, что на елках их обычные побеги-лапки вышли из своих оранжевых сорочек и ветер сдувал эти ненужные больше сорочки с каждого дерева во множестве великом: каждая новая лапка на елке рождалась в оранжевой сорочке, и теперь сколько лапок, столько сорочек слетало – тысячи, миллионы…

Мне видно было, как одна из этих слетающих сорочек встретилась с одной из летящих стрелок и вдруг повисла в воздухе, а стрелка исчезла.

Я понял тогда, что сорочка повисла на невидимой мне паутинке, и это дало мне возможность в упор подойти к паутинке и вполне понять явление стрелок: ветер поддувает паутинку к солнечному лучу, блестящая паутинка вспыхивает от света, и от этого кажется, будто стрелка летит.

В то же время я понял, что паутинок этих, протянутых через просеку, великое множество, и, значит, если я шел, то разрывал их, сам не зная того, тысячами.

Мне казалось, что у меня была такая важная цель – учиться в лесу быть его настоящим хозяином, – что я имел право рвать все паутинки и заставлять всех лесных пауков работать для моей цели.

Но эту замеченную мной паутинку я почему-то пощадил: ведь это она же благодаря повисшей на ней сорочке помогла разгадать мне явление стрелок. Был ли я жесток, разрывая тысячи паутинок? Нисколько: я же их не видел – моя жестокость была следствием моей физической силы. Был ли я милостив, наклоняя для спасения паутинки свою натруженную спину? Не думаю: в лесу я веду себя учеником, и если бы я мог, то ничего бы не тронул. Спасение этой паутинки я отношу к действию моего сосредоточенного внимания.

ЛЕСНОЙ ХОЗЯИН

То было в солнечный день, а то расскажу, как было в лесу перед самым дождем. Наступила такая тишина, было такое напряжение в ожидании первых капель, что, казалось, каждый листик, каждая хвоинка силилась быть первой и поймать первую каплю дождя. И так стало в лесу, будто каждая мельчайшая сущность получила свое собственное, отдельное выражение.

Так вхожу я к ним в это время, и мне кажется: они все, как люди, повернулись ко мне лицами и по глупости своей у меня, как у бога, просят дождя.

– А ну-ка, старик, – приказал я дождю, – будет тебе всех нас томить, ехать, так ехать, начинай!

Но дождик в этот раз меня не послушался, и я вспомнил о своей новой соломенной шляпе: пойдет дождь – и шляпа моя пропала. Но тут, думая о шляпе, увидел я необыкновенную елку. Росла она, конечно, в тени, и оттого сучья у нее когда-то были опущены вниз.

Теперь же, после выборочной рубки, она очутилась на свету, и каждый сук ее стал расти кверху. Наверно, и нижние суки со временем поднялись бы, но ветки эти, соприкоснувшись с землей, выпустили корешки и прицепились… Так под елкой с поднятыми вверх сучьями внизу получился хороший шалашик.

Нарубив лапнику, я уплотнил его, сделал вход, устелил внизу сиденье. И только уселся, чтобы начать новую беседу с дождем, как вижу, против меня совсем близко пылает большое дерево.

Быстро схватил я с шалашика лапник, собрал его в веник и, стегая по горящему месту, мало-помалу пожар затушил раньше, чем пламя пережгло кору дерева кругом и тем сделало бы невозможным движение сока.

Вокруг дерева место не было обожжено костром, коров тут не пасли, и не могло быть подпасков, на которых все валят вину за пожары.

Вспомнив свои детские разбойничьи годы, я сообразил, что смолу на дереве поджег скорей всего какой-нибудь мальчишка из озорства, из любопытства поглядеть, как будет гореть смола.

Спустившись в свои детские годы, я представил себе, до чего же это приятно взять чиркнуть спичкой и поджечь дерево.

Мне стало ясно, что вредитель, когда загорелась смола, вдруг увидел меня и скрылся тут же где-нибудь в ближайших кустах. Тогда, сделав вид, будто я продолжаю свой путь, посвистывая, удалился я с места пожара и, сделав несколько десятков шагов вдоль просеки, прыгнул в кусты и возвратился на старое место и тоже затаился.

Недолго пришлось мне ждать разбойника. Из куста вышел белокурый мальчик лет семи-восьми, с рыжеватым солнечным запеком, смелыми, открытыми глазами, полуголый и с отличным сложением.

Он враждебно поглядел в сторону просеки, куда я ушел, поднял еловую шишку и, желая пустить ее в меня, так размахнулся, что перевернулся даже вокруг себя.

Это его не смутило; напротив, он, как настоящий хозяин лесов, заложил обе руки в карманы, стал разглядывать место пожара и сказал:

– Выходи, Зина, он ушел!

Вышла девочка, чуть постарше, чуть повыше и с большой корзиной в руке.

– Зина, – сказал мальчик, – знаешь что?

Зина глянула на него большими спокойными глазами и ответила просто:

– Нет, Вася, не знаю.

– Где тебе! – вымолвил хозяин лесов. – Я хочу сказать тебе: не приди тот человек, не погаси он пожар, то, пожалуй, от этого дерева сгорел бы весь лес. Вот бы мы тогда поглядели!

– Дурак ты! – сказала Зина.

– Правда, Зина, – сказал я, – вздумал чем хвастаться, настоящий дурак!

И как только я сказал эти слова, задорный хозяин лесов вдруг, как говорят, «улепетнул».

А Зина, видимо, и не думала отвечать за разбойника, она спокойно глядела на меня, только бровки ее поднимались чуть-чуть удивленно.

При виде такой разумной девочки мне захотелось обратить всю эту историю в шутку, расположить ее к себе и потом вместе обработать хозяина лесов. Как раз в это время напряжение всех живых существ, ожидающих дождя, дошло до крайности.

– Зина, – сказал я, – смотри, как все листки, все травинки ждут дождя. Вон заячья капуста даже на пень забралась, чтобы захватить первые капли.

Читайте также:  Моря и океаны, омывающие исландию

Девочке моя шутка понравилась, она милостиво мне улыбнулась.

– Ну, старик, – сказал я дождю, – будет тебе всех нас томить, начинай, поехали!

И в этот раз дождик послушался, пошел. А девочка серьезно, вдумчиво сосредоточилась на мне и губки поджала, как будто хотела сказать: «Шутки шутками, а все-таки дождик пошел».

– Зина, – сказал я поспешно, – скажи, что у тебя в этой большой корзине?

Она показала: там было два белых гриба. Мы уложили в корзину мою новую шляпу, закрыли папоротником и направились от дождя в мой шалаш. Наломав еще лапнику, мы укрыли его хорошо и залезли.

– Вася, – крикнула девочка. – Будет дурить, выходи!

И хозяин лесов, подгоняемый проливным дождем, не замедлил явиться.

Как только мальчик уселся рядом с нами и захотел что-то сказать, я поднял вверх указательный палец и приказал хозяину:

– Ни гу-гу!

И все мы трое замерли.

Невозможно передать прелести пребывания в лесу под елкой во время теплого летнего дождя. Хохлатый рябчик, гонимый дождем, ворвался в середину нашей густой елки и уселся над самым шалашом.

Совсем на виду под веточкой устроился зяблик. Ежик пришел. Проковылял мимо заяц. И долго дождик шептал и шептал что-то нашей елке.

И мы долго сидели, и все было так, будто настоящий хозяин лесов каждому из нас отдельно шептал, шептал, шептал…

СУХОСТОЙНОЕ ДЕРЕВО

Когда дождик прошел и все вокруг засверкало, мы по тропе, пробитой ногами прохожих, вышли из леса. При самом выходе стояло огромное и когда-то могучее дерево, перевидевшее не одно поколение людей. Теперь оно стояло совершенно умершее, было, как говорят лесники, «сухостойное».

Оглядев это дерево, я сказал детям:

– Быть может, прохожий человек, желая здесь отдохнуть, воткнул топор в это дерево и на топор повесил свой тяжелый мешок. Дерево после того заболело и стало залечивать ранку смолой.

А может быть, спасаясь от охотника, в густой кроне этого дерева затаилась белка, и охотник, чтобы выгнать ее из убежища, принялся тяжелым поленом стучать по стволу.

Бывает довольно одного только удара, чтобы дерево заболело.

И много, много с деревом, как и с человеком и со всяким живым существом может случиться такого, от чего возьмется болезнь. Или, может быть, молния стукнула?

С чего-то началось, и дерево стало заливать свою рану смолой. Когда же дерево стало хворать, об этом, конечно, узнал червяк. Закорыш забрался под кору и стал там точить. По-своему как-то о червяке узнал дятел и в поисках закорыша стал долбить там и тут дерево.

Скоро ли найдешь? А то, может быть, и так, что, пока дятел долбит и раздолбит так, что можно бы ему и схватить, закорыш в это время продвинется, и лесному плотнику надо снова долбить. И не один же закорыш, и не один тоже дятел.

Так долбят дерево дятлы, а дерево, ослабевая, все заливает смолой.

Теперь поглядите вокруг дерева на следы костров и понимайте: по этой тропе люди ходят, тут останавливаются на отдых и, несмотря на запрет в лесу костры разводить, собирают дрова и поджигают. А чтобы скорей разжигалось, стесывают с дерева смолистую корку.

Так мало-помалу от стесывания образовалось вокруг дерева белое кольцо, движение соков вверх прекратилось, и дерево засохло.

Теперь скажите, кто же виноват в гибели прекрасного дерева, простоявшего не меньше двух столетий на месте: болезнь, молния, закорыш, дятлы?

– Закорыш! – быстро сказал Вася.

И, поглядев на Зину, поправился:

– Дятлы!

Дети были, наверно, очень дружны, и быстрый Вася привык читать правду с лица спокойной умницы Зины. Так, наверно, он слизнул бы с ее лица и в этот раз правду, но я спросил ее:

– А ты, Зиночка, как ты, милая дочка моя, думаешь?

Девочка обняла рукой ротик, умными глазами поглядела на меня, как в школе на учителя, и ответила:

– Наверное, виноваты люди.

– Люди, люди виноваты, – подхватил я за ней.

И, как настоящий учитель, рассказал им о всем, как я думаю сам для себя: что дятлы и закорыш не виноваты, потому что нет у них ни ума человеческого, ни совести, освещающих вину в человеке; что каждый из нас родится хозяином природы, но только должен много учиться понимать лес, чтобы получить право им распоряжаться и сделаться настоящим хозяином леса. Не забыл я рассказать и о себе, что до сих пор учусь постоянно и без какого-нибудь плана или замысла, ни во что в лесу не вмешиваюсь. Тут не забыл я рассказать и о недавнем своем открытии огненных стрелок, и о том, как пощадил даже одну паутинку.

После того мы вышли из леса, и так со мною теперь постоянно бывает: в лесу веду себя как ученик, а из леса выхожу как учитель.

ДЕРЕВЬЯ В ПЛЕНУ

Весна сияла на небе, но лес еще по-зимнему был засыпан снегом. Были ли вы снежной зимой в молодом лесу? Конечно, не были: туда и войти невозможно. Там, где летом вы шли по широкой дорожке, теперь через эту дорожку в ту и другую сторону лежат согнутые деревья, и так низко, что только зайцу под ними и пробежать.

Вот что случилось с деревьями: березка вершинкой своей, как ладонью, забирала падающий снег, и такой бы идти по такой дорожке, самому не сгибая спины. В оттепель падал опять снег и прилипал к тому кому. Вершина с тем огромным комом все гнулась и наконец погрузилась в снег и примерзла так до самой весны. Под этой аркой всю зиму проходили звери и люди изредка на лыжах.

Но я знаю одно простое волшебное средство, чтобы идти по такой дорожке, самому не сгибая спины. Я выламываю себе хорошую увесистую палочку, и стоит мне только этой палочкой хорошенько стукнуть по склоненному дереву, как снег валится вниз, дерево прыгает вверх и уступает мне дорогу. Медленно так я иду и волшебным ударом освобождаю множество деревьев.

ЖАРКИЙ ЧАС

В полях тает, а в лесу еще снег лежит нетронутый плотными подушками на земле и на ветках деревьев, и деревья стоят в снежном плену. Тонкие стволики пригнулись к земле, примерзли и ждут с часу на час освобождения. Наконец приходит этот жаркий час, самый счастливый для неподвижных деревьев и страшный для зверей и птиц.

Пришел жаркий час, снег незаметно подтаивает, и вот в полной лесной тишине как будто сама собой шевельнется еловая веточка и закачается. А как раз под этой елкой, прикрытой ее широкими ветками, спит заяц.

В страхе он встает и прислушивается: веточка не может же сама собой шевельнуться. Зайцу страшно, а тут на глазах его другая, третья ветка шевельнулась и, освобожденная от снега, подпрыгнула.

Читайте также:  Созвездия и звёзды осеннего неба (сентябрь)

Заяц метнулся, побежал, опять сел столбиком и слушает: откуда беда, куда ему бежать?

И только стал на задние лапки, только оглянулся, как прыгнет вверх перед самым его носом, как выпрямится, как закачается целая береза, как махнет рядом ветка елки!

И пошло, и пошло: везде прыгают ветки, вырываясь из снежного плена, весь лес кругом шевелится, весь лес пошел. И мечется обезумевший заяц, и встает всякий зверь, и птица улетает из леса.

РАЗГОВОР ДЕРЕВЬЕВ

Почки раскрываются, шоколадные, с зелеными хвостиками, и на каждом зеленом клювике висит большая прозрачная капля. Возьмешь одну почку, разотрешь между пальцами, и потом долго все пахнет тебе ароматной смолой березы, тополя или черемухи.

Понюхаешь черемуховую почку и сразу вспомнишь, как, бывало, забирался наверх по дереву за ягодами, блестящими, черно-лаковыми. Ел их горстями прямо с косточками, но ничего от этого, кроме хорошего, не бывало.

Вечер теплый, а такая тишина, словно должно что-то в такой тишине случиться.

И вот начинают шептаться между собой деревья: береза белая с другой березой белой издали перекликаются; осинка молодая вышла на поляну, как зеленая свечка, и зовет к себе такую же зеленую свечку-осинку, помахивая веточкой; черемуха черемухе подает ветку с раскрытыми почками. Если с нами сравнить – мы звуками перекликаемся, а у них – аромат.

ОРЕХОВЫЕ ДЫМКИ

Барометр падает, но вместо благодетельного теплого дождя приходит холодный ветер. И все-таки весна продолжает продвигаться.

За сегодняшний день позеленели лужайки сначала по краям ручьев, потом по южным склонам берегов, возле дороги, и к вечеру зазеленело везде на земле. Красивы были волнистые линии пахоты на полях – нарастающее черное с поглощаемой зеленью.

Почки на черемухе сегодня превратились в зеленые копья. Ореховые сережки начали пылить, и под каждой порхающей в орешнике птичкой взлетал дымок.

ОСИНКАМ ХОЛОДНО

В солнечный день осенью на опушке леса собрались молодые разноцветные осинки, густо одна к другой, как будто им там в лесу стало холодно и они вышли погреться на солнышко, на опушку.

Так иногда в деревнях выходят люди посидеть на завалинке, отдохнуть, поговорить после трудового дня.

СИЛАЧ

Муравьи разрыхлили землю, сверху она поросла брусникой, а под ягодой зародился гриб. Мало-помалу, напирая своей упругой шляпкой, он поднял вверх над собой целый свод с брусникой и сам, совершенно белый, показался на свет.

СТАРЫЙ ДЕД

У старого огромного пня я сел прямо на землю, пень внутри – совершенная труха, только эту труху держит твердая крайняя древесина. А из трухи выросла березка и распустилась. И множество цветущих трав поднимается с земли к этому огромному пню, как к любимому деду…

На самом пне, на одном только светлом солнечном пятнышке, на горячем месте, я сосчитал десять кузнечиков, две ящерицы, шесть больших мух, две жужелицы. Вокруг высокие папоротники собрались, как гости. А когда в гостиную у старого пня ворвется самое нежное дыхание ветра, один папоротник наклонится к другому, шепнет что-то и тот шепнет третьему, и все гости обменяются мыслями.

И снова тишина.

ИМЕНИНЫ ОСИНКИ

Шиповник, наверно, с весны еще пробрался внутрь по стволу к молодой осинке, и вот теперь когда время пришло осинке справлять свои именины, вся она вспыхнула красными благоухающими дикими розами. Гудят пчелы и осы. Басят шмели. Все летят поздравлять осинку и на этих больших именинах роски попить и домой медку захватить.

СТАРЫЙ СКВОРЕЦ

Скворцы вывелись и улетели, и давно уже их место в скворечнике занято воробьями. Но до сих пор на ту же яблоню в хорошее росистое утро прилетает старый скворец и поет.

Вот странно! Казалось бы, все уже кончено, самка давно вывела птенцов, детеныши выросли и улетели… Для чего же старый скворец прилетает каждое утро на яблоню, где прошла его весна, и поет?

Назад к карточке книги «Лесной хозяин»

Источник: https://itexts.net/avtor-mihail-mihaylovich-prishvin/96799-lesnoy-hozyain-mihail-prishvin/read/page-1.html

Экология природы и «экология души» в рассказах М. М. Пришвина

Александров И. Н. Экология природы и «экология души» в рассказах М. М. Пришвина [Текст] // Теория и практика образования в современном мире: материалы V Междунар. науч. конф. (г. Санкт-Петербург, июль 2014 г.). — СПб.: СатисЪ, 2014. — С. 112-113. — URL https://moluch.ru/conf/ped/archive/105/5880/ (дата обращения: 15.11.2018).

В данной статье рассмотрена духовно-нравственная проблема сохранения жизни на Земле, проблема ответственности человека и общества за сохранение природы. Проанализированы рассказы М. М. Пришвина «Лесной царь», «Сухостойное дерево», «Паутинка».

Ключевые слова: экология природы, «экология души», нравственность, традиции, гармония, сопереживание, сочувствие, родина.

М. М. Пришвин известен своими философскими взглядами, которые нашли отражение в дневниках писателя, рассказах, повестях. В своем творчестве писатель поднимает важные экологические проблемы, они проникнуты важным экологическим смыслом. Экологическая тема рассматривается Пришвиным через призму философии природы, или «натурфилософии».

«Для иных природа, — считает писатель, — это дрова, уголь, руда, или дача, или просто пейзаж. Для меня природа — это среда, из которой, как цветы, выросли все наши человеческие таланты». Среди «пришвиноведов» появилось такое понятие как «экология души».

Что предпринимает писатель для её воспитания? Как обезопасить свою душу, взрастить в человеке нравственность, духовность? Истоки экологического кризиса напрямую связаны с кризисом духовным. Поэтому автор всегда заботился об экологическом воспитании детей, уделял особое внимание воспитанию души ребенка.

Создав экологические сказки, рассказы, он показал миру, что человек по-прежнему не «царь» природы, а её «деятель, возделыватель». Возделывая природу и живя с ней в гармони, человек гарантирует себе безопасность. «Потому мы и радуемся, попадая в природу, что тут мы приходим в себя».

Пришвин одухотворяет природу. Он напоминает каждому, что она живой организм, что она способна чувствовать и дышать, плакать, огорчаться, хмуриться, радоваться.

Каждый обитатель живет на своем этаже: «мышки живут в корнях — в самом низу; разные птички, вроде соловья, вьют свои гнездышки прямо на земле; дрозды — еще повыше, на кустарниках; дупляные птицы — дятел, синички, совы — еще повыше; на разной высоте по стволу дерева и на самом верху селятся хищники: ястреба и орлы». Прием олицетворения помогает ребёнку найти в каждом обитателе природы друга, товарища, собеседника. Осинка «справляет свои именины», «басят пчелы и шмели, летят поздравить осинку», один папоротник шепнет что-то другому, третьему». Деревья у Пришвина разговаривают, перекликаются, везде прыгают ветки, вырываясь из снежного плена», осинка «выходит на полянку, как зеленая свечка».

Пришвин считал, что душу ребенка «надо растить осторожно, внимательно и с любовью», и в этом поможет природа. Человек познает себя через неё, взращивает нравственные качества, приучается к труду, творчеству.

Это помогает развить и сформировать ребенка как личность, как человека.

Внутренняя культура человека, уважение к старшим, сохранение традиций — все эти компоненты создают условие для сохранения природы, Вселенной, прежде всего, своей личности, «Я».

Именно человеческий фактор (речь идет о потери нравственности) приводит к катастрофе экологической, техногенной, социальной, экономической. Человек, рождаясь, находится в теснейшем соприкосновении с природой, взаимодействии со средой.

От выбора человека зависит его безопасная среда обитания. «Земля нам дана для жизни.

Читайте также:  Почему от лука плачут?

Как же мы можем не быть благодарными тому человеку, который открыл нам до дна всю простую красоту этой земли, тогда как до него мы знали об этом неясно, разрозненно, урывками».

Безнравственность ведет человека к гибели, разрушая его душу. Пришвин считал, что человек — хозяин природы, ее царь. Природа — наша «кладовая» с великими сокровищами. Мы должны разумно пользоваться ими. В рассказе «Паутинка» Пришвин поднимает важные экологические проблемы.

Находясь в лесу и проводя опыты, герой, не замечая, рвет паутины, которые создал паук. Человек ощущает себя хозяином природы, но забывает о бережном отношении к ней.

Он задается вопросом: «Был ли я жесток, разрывая тысячи паутинок? Нисколько: я же их не видел — моя жестокость была следствием моей физической силы. Был ли я милостив, наклоняя для спасения паутинки свою натруженную спину? Не думаю: в лесу я веду себя учеником, и если бы я мог, то ничего бы не тронул.

Спасение этой паутинки я отношу к действию моего сосредоточенного внимания». Автор считает, что наша миссия заключается в гармоничных отношениях с природой. Человек не «царь, а ученик».

В рассказе «Лесной царь» из-за циничного отношения к природе, поджога, погибает дерево. Автор размышляет о том, что одна беда влечет за собой другую. С одного дерева на весь лес может перекинуться огонь. В этом и заключается неразумное, небережливое отношение к природе.

Кто же является «лесным царем», тот, кто поджег, или тот, кто спас дерево? Ответ однозначен. Мальчишку автор называет «вредителем». В конце рассказа автор показывает, что любой неосторожный поступок, любое необдуманное действие приводит к экологической катастрофе.

Человек обязан научиться жить в доверительных отношениях с природой, она отплатит ему тем же. Природа оберегает человека, спасает его от жары и дождя, ее созерцание лечит душу и помогает любить. «Мы уложили в корзину мою новую шляпу, закрыли папоротником и направились от дождя в мой шалаш.

Невозможно передать прелести пребывания в лесу под елкой во время теплого летнего дождя».

В рассказе «Сухостойное дерево» Пришвин еще раз обвиняет людей в безжалостном отношении к природе. «Люди, люди виноваты», — утверждает автор. По мнению Пришвина человек виноват в своих осознанных действиях, поступках.

«Дятлы и закорыш не виноваты, потому что нет у них ни ума человеческого, ни совести, освещающих вину в человеке; что каждый из нас родится хозяином природы, но только должен много учиться понимать лес, чтобы получить право им распоряжаться и сделаться настоящим хозяином леса».

Пришвин призывает воспитывать гуманное отношение детей к природе. Порой дети наносят ущерб природе из-за недостаточной осведомленности.

Жестокое отношение к ней — результат нравственной невоспитанности детей, когда они не способны к сопереживанию, сочувствию, жалости, не могут понять чужую боль и прийти на помощь. Пришвин воспитывает в человеке гражданина своей страны, он учит любить родину.

«Теперь я убедился, что моя природа мало имеет общего с той природой, которая находится в руках биологов. Моя наука привела меня к искусству слов, а искусство слова к родине. И я понял, что природа есть родина».

Литература:

1. Библиотека Максима Мошкова. Михаил Михайлович Пришвин. Лесной хозяин — http://lib.ru/PRISHWIN/lesnhoz.txt

Основные термины (генерируются автоматически): природа, хозяин природы, сохранение природы, автор, лес, рассказ.

Источник: https://moluch.ru/conf/ped/archive/105/5880/

Михаил Пришвин: человеку нужна природа

Михаил Михайлович Пришвин запомнился миру своими прозаическими произведениями. Его работы пронизаны любовью к родине. Автор писал новеллы, сочинения и повести, которые были иллюстрированы художником О.Г. Верейским. Его произведения являются частью школьной программы, что говорит о высоком уровне мастерства.

«Чистая поэзия» — так можно назвать рассказы Пришвина. Каждое слово, написанное им, – это намек на то, чего не увидишь поверхностным взглядом.

Пришвина нужно не просто читать, им нужно наслаждаться, пытаться уловить тонкий смысл кажущихся простыми фраз. Назидания? Здесь они ни к чему, автор прекрасно это понимает.

Особое внимание к каждой мелочи – вот, что действительно важно, вот чему учат рассказы Пришвина.

Природа родного края занимает в творчестве писателя первое место. Героями рассказов становятся не только люди, но животные и птицы. Именно все это и составляет красоту жизни. Невероятная доброта и сердечность характеризуют каждое произведение Михаила Михайловича. Секрет такого успеха заключается в связи творчества с собственными наблюдениями и впечатлениями.

Тонкое понимание и неразрывная связь природы и родины пронизывают все рассказы Пришвина. «Рыбе — вода, птице — воздух, зверю — лес, степи, горы. А человеку нужна родина.

И охранять природу — значит охранять родину» — читаем мы и понимаем, как актуальны его мысли сегодня! Удивительную гармонию и любовь к Земле отмечает у Пришвина и Максим Горький.

Классик пишет: «…удивительно богат и широк мир, познанный вами…».

Рассказы Пришвина о природе, к числу которых относятся такие вечные произведения как «Золотой луг», «Наш сад», «Глоток молока», «Сухостойное дерево», «Первая песня воды» и многие-многие другие с самого детства с нами.

Они учат тому, чему не научат школьные учителя – ценить и беречь все то, что даровало нам небо. Истинным натуралистом был Пришвин. Непревзойденное знание лесов и болот, умение уловить каждое их движение – все это было в его власти.

Прибавить к этому виртуозное владением пером – что еще нужно истинному мастеру слова? Читая его книги, мы слышим шум ветра и шелест листьев, ощущаем запахи леса и наблюдаем за поведением лесных обитателей.

А как может быть иначе, если вместо обычного слова «растения» мы находим у него кровавую ягодку костянику, белые грибы, голубую чернику и красную бруснику, заячью капусту и кукушкины слезы?

Отдельного внимания заслуживают рассказы Пришвина о животных.

Кажется, вся флора и фауна средней полосы России заключена в них! Лишь два произведения – «Гости» и «Лисичкин хлеб», и столько названий: ворона, трясогузка, журавль, цапля, землеройка, лисица, гадюка, шмель, овсянка, гусь… Но и этого мало писателю, каждый житель леса и болот у него имеет свой особенный характер, свои повадки и привычки, голос и даже походку. Животные предстают перед нами как умные и сообразительные сушества («Синий лапоть», «Изобретатель»), они могут не только мыслить, но и говорить («Курица на столбах», «Ужасная встреча»). Интересно, что относится это не только к зверям, но и к растениям: шепот леса едва приметен в рассказе «Шепот в лесу», в «Золотом луге» одуванчики засыпают по вечерам и просыпаются рано поутру, а гриб прокладывает себе дорогу из-под листвы в «Силаче».

Часто рассказы Пришвина повествуют нам о том, как равнодушны бывают люди ко всей красоте, находящейся рядом с ними. Чем чище и богаче духовно человек, тем больше тайн природы ему открыты, тем больше он сможет увидеть в ней. Так почему мы забываем об этой простой мудрости сегодня? И когда мы это осознаем? Не будет ли уже поздно? Кто знает…

Источник: https://www.colors.life/post/1370775/

Ссылка на основную публикацию