Критика а. в. дружинина: статья «обломов» (роман и. а. гончарова)

Краткое содержание Дружинин Статья Обломов роман Гончарова

Как пишет  А.В. Дружинин, И.А. Гончаров является настоящим художником, которому свойственен врожденный талант писателя и в то же время поэта, поскольку, несмотря на реализм его произведений, все они наполнены глубокой поэзией.

Не зря слова Обломов и обломовщина стали нарицательными выражениями.

Благодаря этому произведению, читатель смог уяснить для себя множество ярких особенностей человеческого общества того времени, которые, безусловно, являются актуальными и на сегодняшний день.

Автор романа демонстрирует в лице Обломова всю уродливость и пороки русской жизни. Наиболее ярко образ героя раскрыт в главе «Сон Обломова», где в читателе пробуждается понимание и чувство любви к главному герою. Благодарю образу Ольги Ильинской и ее драме в отношениях с Обломовым, читатель узнает героя с другой стороны, так как и хотел того автор произведения.

Светлое чувство любви Обломова к Ольге облагораживает столь непримечательный поначалу образ персонажа.  Его чистые искренние, чувства не остались ею не замеченными.

  Именно Ольга, открыв для себя эту любовь, узнала главного героя ближе, чем кто бы то ни был.

Особенную чистоту и детскую наивность этим отношениям придавала та самая ленность, так свойственная Обломову, и в данном случае она действовала скорее на пользу персонажу, нежели во вред.

Раскрытие личности Обломова через образ Ольги Ильинской настолько полон и совершенен, что другие персонажи в романе кажутся, в некоторой степени, излишними. В частности, противопоставляемый Обломову Штольц, который, судя по всему, был задуман ранее Ольги, и на его долю изначально приходилась большая роль в уяснении Обломова и обломовщины через антагонистические отношения героев романа.

Все любят Обломова, и лишь Тарантьев способен устоять перед кротким обаянием Ильи Ильича. Но ведь он негодяй, мерзавец, читатель ненавидит его всем сердцем. Больше всего главного героя обожает Агафья Матвеевна, но своей же любовью она в итоге и губит его. Однако читатель прощает ее за ошибки, потому как любовь Агафьи Пшенициной была искренней и безграничной.

За что же все так любят Обломова? Безусловно, он дорог героям романа, равно как и читателю, именно как человек своего времени, добрый, чистый и наивный ребенок, который способен на великую любовь, милосердие и великодушие. Он симпатичен читателю как чудак, который во времена лжи, самолюбия и жажды денег, закончил свою жизнь, не обидев ни одного человека, ни обманув никого и побудив никого к скверному делу.

Можете использовать этот текст для читательского дневника

  • Краткое содержание Гольдони Кьоджинские перепалкиДействие всей комедии происходит в Италии на одной из улиц поселка Кьодже. Утром на улице встретились несколько женщин. Из них Паскуа и Либера были дамами замужними. Лучетта и Орсетта не состояли в браке, но уже были помолвлены.
  • Краткое содержание Ионеско НосорогиВ кафе сидят два друга Жан и Беранже. Беранже после вчерашней выпивки не может прийти в себя. Жан просит друга больше не пить. В этот момент мимо пробегает носорог. Люди испуганы и взволнованы, начинают обсуждать это невероятное происшествие
  • Краткое содержание Бунин Сны ЧангаДействие происходит в Одессе. За окном стоит зима. Погода плохая. Чанг и капитан встретились шесть лет назад. Теперь капитан — хозяин Чанга. Чанг — его пес. Сегодня Чанг встает поздно. За эти годы и пёс, и капитан постарели.
  • Краткое содержание Гамсун ГолодРассказчик — начинающий писатель — живёт в комнатушке, которая находится на чердаке дома. Он создаёт газетные статьи, но заработанных денег не хватает.
  • Краткое содержание Алексиевич У войны не женское лицоВо все времена женщины участвовали в войнах. На их долю выпадали не только женские обязанности в виде приготовления еды или ухода за больными и ранеными, но и тяжелые мужские профессии

Источник: https://2minutki.ru/kratkie-soderzhaniya/avtory/druzhinin-statya-oblomov-roman-goncharova-kratko

А. В. Дружинин (Изучаем роман “Обломов”)

А. В. Дружинин.
(Из статьи “Обломов”. Роман И. А. Гончарова”). 1859 г.

Автор “Обломова”, вместе с другими первоклассными представителями родного искусства, — есть художник чистый и независимый, художник по призванию и по всей целости того, что им сделано. Он реалист, но его реализм постоянно согрет глубокой поэзией…

Обломов и обломовщина: эти слова недаром облетели всю Россию и сделались словами, навсегда укоренившимися в нашей речи. Они разъяснили нам целый круг явлений современного нам общества, они поставили перед нами целый мир идей, образов и подробностей, еще недавно нами не вполне сознанных, являющихся нам как будто в тумане…

Обломов любезен всем нам и стоит беспредельной любви — это факт, и против него спорить невозможно. Сам его творец беспредельно предан Обломову, и в этом вся причина глубины его создания…

Во всех первых главах романа, до самого “Сна”, г. Гончаров откровенно выводит перед нами того героя, который ему сказывался прежде, того Илью Ильича, который представлялся ему как уродливое явление уродливой русской жизни…

“Сон Обломова”! — этот великолепнейший эпизод, который останется в нашей словесности на вечные времена, был первым, могущественным шагом к уяснению Обломова с его обломовщиной…

Обломов без своего “Сна” был бы созданием неоконченным, не родным всякому из нас, как теперь, — “Сон” его разъясняет все наши недоразумения и, не давая нам ни одного голого толкования, повелевает нам понимать и любить Обломова…

Без Ольги Ильинской и без ее драмы с Обломовым не узнать бы нам Ильи Ильича так, как мы его теперь знаем, без Ольгиного взгляда на героя мы до сих пор не глядели бы на него надлежащим образом.

В сближении этих двух основных лиц произведения все в высшей степени естественно, каждая подробность удовлетворяет взыскательнейшим требованиям искусства — и между тем сколько психологической глубины и мудрости через него развивается перед нами!..

Мы уже сказали, что нежная, любящая натура Обломова вся озаряется через любовь — и может ли быть иначе с чистою, детски ласковой русской душою, от которой даже ее ленность отгоняла растление с искушающими помыслами.

Илья Ильич высказывался вполне через любовь свою, и Ольга, зоркая девушка, не осталась слепа перед теми сокровищами, что перед ней открылись. Вот факты внешние, а от них лишь один шаг до самой существенной истины романа.

Ольга поняла Обломова ближе, чем понял его Штольц, ближе, чем все лица, ему преданные…

Сознание Ольги так полно — и задача, ею выполненная в романе, выполнена так богато, что дальнейшее пояснение типа Обломова через другие персонажи становится роскошью, иногда ненужною.

Одним из представителей этой излишней роскоши является нам Штольц, которым, как кажется, недовольны многие из почитателей г. Гончарова.

Для нас совершенно ясно, что это лицо было задумано и обдумано прежде Ольги, что на его долю, в прежней идее автора, падал великий труд уяснения Обломова и обломовщины путем всем понятного противопоставления двух героев…

…Окиньте весь роман внимательным взглядом, и вы увидите, как много в нем лиц, преданных Илье Ильичу и даже обожающих его, этого кроткого голубя, по выражению Ольги.

И Захар, и Анисья, и Штольц, и Ольга, и вялый Алексеев — все привлечены прелестью этой чистой и цельной натуры, перед которою один только Тарантьев может стоять, не улыбаясь и не чувствуя на душе теплоты, не подшучивая над ней и не желая ее приголубить.

Зато Тарантьев мерзавец, мазурик; ком грязи, скверный булыжник сидит у него в груди вместо сердца, и Тарантьева мы ненавидим, так что, явись он живой перед нами, мы бы почли за наслаждение побить его собственноручно…

Но ничье обожание (даже считая тут чувства Ольги в лучшую пору ее увлечения) не трогает нас так, как любовь Агафьи Матвеевны к Обломову, той самой Агафьи Матвеевны Пшенициной, которая с первого своего появления показалась нам злым ангелом Ильи Ильича, — и увы! действительно сделалась его злым ангелом. Агафья Матвеевна, тихая, преданная, всякую минуту готовая умереть за нашего друга, действительно загубила его вконец, навалила гробовой камень над всеми его стремлениями, ввергнула его в зияющую пучину на миг оставленной обломовщины, но этой женщине все будет прощено за то, что она много любила…

…Заспанный Обломов, уроженец заспанной, но все-таки поэтической Обломовки, свободен от нравственных болезней, какими страдает не один из практических людей, кидающих в него камнями. Он не имеет ничего общего с бесчисленной массой грешников нашего времени, самонадеянно берущихся за дела, к которым имеют призвания.

Он не заражен житейским развратом и на всякую вещь смотрит прямо, считая нужным стесняться перед кем-нибудь или перед чем-нибудь в жизни.

Он сам не способен ни к какой деятельности, усилия Андрея Ольги к пробуждению этой апатии остались без успеха, но из этого еще далеко не следует, чтоб другие люди при других условиях не могли подвинуть Обломова на мысль и благое дело.

Pебенок по натуре и по условиям своего развития, Илья Ильич во многом оставил за собой чистоту и простоту ребенка, качества драгоценные во взрослом человеке, качества, которые сами по себе, посреди величайшей практической запутанности, часто открывают нам область правды и временами ставят неопытного, мечтательного чудака и выше предрассудков своего века, и выше целой толпы дельцов, его окружающих…

Обломов, как живое лицо, достаточно полон для того, чтоб мы могли судить о нем в разных положениях, даже не замеченных его автором. По практичности, по силе воли, по знанию жизни oн далеко ниже своей Ольги и Штольца, людей xopoших и современных; по инстинкту правды и теплоте своей натуры он их несомненно выше…

Не за комические стороны, не за жалостную жизнь, не за проявление общих всем нам слабостей любим мы Илью Ильича Обломова. Он дорог нам как человек своего края и своего времени, как незлобный и нежный ребенок, способный, при иных обстоятельствах жизни и ином развитии, на дела истинной любви и милосердия…

И наконец, он любезен нам как чудак, который в нашу эпоху себялюбия, ухищрений и неправды мирно покончил свой век, не обидевши ни одного человека, не обманувши ни одного человека и не научивши ни одного человека чему-нибудь скверному.

Источник: http://www.oblomov-school.ru/kritika/druginin/

Сравнение статей Добролюбова «Что такое Обломовщина?» и Дружинина «Обломов — роман И.А. Гончарова»

/ Сочинения / Гончаров И.А. / Обломов / Сравнение статей Добролюбова «Что такое Обломовщина?» и Дружинина «Обломов — роман И.А. Гончарова»

  Скачать сочинение
Тип: Проблемно-тематический анализ произведения

    В 1859 году русское общество столкнулось с новым словом – определением социального явления, которое не раз обращало на себя взоры великих русских писателей. А явление это «обломовщина». Именно так его назвал И.В. Гончаров в своем романе «Обломов».     Как и любое гениальное произведение, «Обломов» имеет свой особый смысл для каждого отдельно взятого читателя.

По сути это многогранник – его нужно изучать со всех сторон, вертеть и рассматривать под разными углами.     К сожалению, не нашлось публициста, который смог бы в одной работе объединить описание всех граней «Обломова», но зато нашлись статьи, в совокупности дающие искомое описание. Авторы этих статей критики Добролюбов и Дружинин.

Попытаемся взглянуть на роман с позиции каждого из них.     Оба критика в своих работах высказались насчет «Обломова» — И.В. Гончарова. Их мнения оказались схожими. И Добролюбов и Дружинин считали Гончарова талантливейшим литератором. «Один из сильнейших современных русских художников», — писал Дружинин.

    Добролюбов подчеркнул, что Гончаров выступает в своем романе в качестве наблюдателя, предоставляя читателю самому делать выводы. Интересной также критику показалась детальность в описании, в которой он видел способ полностью погрузить читателя в атмосферу происходящего.

    Высказав свое восхищение мастерством автора, Добролюбов перешел к объяснению такого явления, как «обломовщина». В самом начале он заявил, что «статья эта написана не об Обломове, а только по поводу Обломова». Это значило, что критик будет описывать образ Обломова в целом в литературе и в жизни, не углубляясь в анализ самого главного героя романа.

Следуя своему плану, Добролюбов сравнил Обломова с героями других произведений: с Онегиным, Печориным, Бельтовым и Рудиным. Все это образы «лишних людей» в русской литературе. Причем Добролюбов считал Обломова самым совершенным из них.

    Сопоставив данных героев, Добролюбов вывел признаки «Обломовых»: они склонны к апатии, не находят смысла в образовании, боятся женщин, любят унижать себя (но лишь для того чтобы услышать о себе похвалу). Рассмотрев образ главного героя с социальной точки зрения, Добролюбов нашел Обломова «ничтожеством», несмотря на чистоту его души.

Критик считал качества Обломова общими для всего русского народа. И это, по его мнению, являлось проблемой русского менталитета.     Дружинин, в отличие от Добролюбова, был уверен, что «Обломовых» можно встретить во многих странах, не только в России.     Этот критик посмотрел на главного героя с философской стороны.

В своей статье он писал: «… невозможно узнать и не полюбить Обломова». Дружинин восхвалял «голубиный характер Обломова». «Он бессилен на добро, но он положительно неспособен к злому делу», — утверждает критик. Он видел в Обломове путь, противостоящий суете всепоглощающего прогресса.     Лично мне работа Дружинина кажется более интересной.

Читайте также:  Полезные ископаемые: поваренная соль

Увидеть в Обломове не нужного обществу человека, высмеять его и ему подобных, как это сделал Добролюбов, нетрудно. Он выразил мнение большинства. В сущности заслуга Добролюбова заключается в том, что он смог упорядочить мысли других литераторов и грамотно изложить их на бумаге.

А вот увидеть в апатии Обломова положительные черты, полюбить его, поставить его выше Штольца и Ольги уже более занимательная задача, с которой справился Дружинин.     Но это лишь личное мнение. Если смотреть на статьи объективно, можно смело сказать, что они обе имеют большое значение в литературе.     Гончаров после публикации статьи Добролюбова писал П.В.

Анненкову: «Такого сочувствия и эстетического анализа я от него не ожидал». А статья Дружинина обратила на себя внимание публики намного позже первого выхода в свет.     Наблюдая такие разные, по-своему интересные мнения критиков, можно смело утверждать, что Гончаров создал роман, представлявший собой загадочные джунгли, полные опасностей и кладов. Обе статьи – это путевые заметки каждого из критиков, описание их приключений по пути к кладу – смыслу романа. Разница в том, что один решил идти по горам, а другой добираться вплавь по реке. Но оба нашли свой клад.

    А как прошло ваше путешествие?

Добавил: bzegezhevashad

49506 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

Смотрите также по произведению «Обломов»:

Заказать сочинение      

Мы напишем отличное сочинение по Вашему заказу всего за 24 часа. Уникальное сочинение в единственном экземпляре.

100% гарантии от повторения!

Источник: http://www.litra.ru/composition/get/coid/00784921438910339744

Конспект статьи Дружинина «Обломов». Роман И. А. Гончарова

Вседневные, насущные потребности общества законны как нельзя более, хотя из этого совершенно не следует, чтоб великий поэт был их прямым и непосредственным представителем. Сфера великого поэта иная – и вот почему никто не имеет права извлекать его из этой сферы.

Прусак Штейн как министр был несравненно выше министра и тайного советника фон Гете. Но кто из самых предубежденных людей не сознается, что поэт Гете в самом практическом смысле слова оказался для человечества благодетельнее благодетельного и благородного Штейна.

Миллионы людей в своем внутреннем мире были просветлены, развиты и направлены на добро поэзиею Гете.

Величие и значение истинной поэзии (хотя бы и не мировой, – хотя бы и не великой) нигде не сказывается так ясно, так осязательно, как в литературе народов, еще молодых или только что пробуждающихся от долгого мысленного бездействия

Не то же ли видим мы и у нас в России, в нашей несложившейся, расплывшейся по журналам, подражательной и зараженной множеством пороков литературе ни одно произведение, отмеченное печатью настоящей поэзии, не пропадет и не пропадало.

вот «Обломов» г. Гончарова. Трудно пересчитать все шансы, собранные против этого художественного создания. Оно печаталось помесячно, стало быть, перерывалось три или четыре раза. Первая часть, всегда так важная, особенно важная при печатании романа в раздробленном виде, была слабее всех остальных частей.

В этой первой части автор согрешил тем, чего, по-видимому, никогда не прощает читатель, – бедностью действия; все прочли первую часть, заметили ее слабую сторону, а между тем, продолжение романа, так богатое жизнью и так мастерски построенное, еще лежало в типографии! Люди, знавшие весь роман, восхищенные им до глубины души, в течение долгих дней трепетали за г. Гончарова; что же должен был перечувствовать сам автор, пока решилась судьба книги, которую он более десяти лет носил в своем сердце. Но опасения были напрасны. Жажда света и поэзии взяла свое в молодом читающем мире. Наперекор всем препятствиям «Обломов» победоносно захватил собою все страсти, все внимание, все помыслы читателей.

Без всякого преувеличения можно сказать, что в настоящую минуту во всей России нет ни одного малейшего, безуездного, заштатнейшего города, где бы не читали «Обломова», не хвалили «Обломова», не спорили об «Обломове».

В писателе, подарившем нашей словесности «Обыкновенную историю» и «Обломова», мы всегда видели и видим теперь одного из сильнейших современных русских художников – с таким суждением, без сомнения, согласится всякий человек, умеющий с толком читать по-русски. Об особенностях гончаровского дарования тоже больших споров быть не может.

Автор «Обломова», вместе с другими первоклассными представителями родного искусства, – есть художник чистый и независимый, художник по призванию и по всей целости того, что им сделано.

Он реалист, но его реализм постоянно согрет глубокой поэзиею; по своей наблюдательности и манере творчества он достоин быть представителем самой натуральной школы, между тем как его литературное воспитание и влияние поэзии Пушкина, любимейшего из его учителей, навеки отдаляют от г. Гончарова самую возможность бесплодной и сухой натуральности.

В нашей рецензии, мы проводили подробную параллель между талантом Гончарова и талантами первоклассных живописцев фламандской школы, параллель, как нам и теперь кажется, дает верный ключ к уразумению заслуг, достоинств и даже недостатков нашего автора. Подобно фламандцам, г.

Гончаров национален, неотступен в раз принятой задаче и поэтичен в малейших подробностях создания. Подобно им, он крепко держится за окружающую его действительность, твердо веруя, что нет в мире предмета, который не мог бы быть возведен в поэтическое представление силой труда и дарования. Как художник-фламандец, г.

Гончаров не путается в системах и не рвется в области ему чуждые. Как Доу, Ван дер-Нээр и Остад, он знает, что ему незачем ходить далеко за предметами творчества. Простой и даже как будто скупой на вымысел, подобно трем сейчас нами названным великим людям, г. Гончаров, подобно им, не выдает всей своей глубины поверхностному наблюдателю.

Но, подобно им, он является глубже и глубже с каждым внимательным взглядом, подобно им, он ставит перед нашими глазами целую жизнь данной сферы, данной эпохи и данного общества, – для того, чтоб, подобно им же, навсегда остаться в истории искусства и освещать ярким светом моменты действительности, им уловленной.

Несмотря на некоторые несовершенства выполнения, о которых мы будем говорить ниже, невзирая на видимое всем несогласие первой части романа со всеми последующими, лицо Ильи Ильича Обломова вместе с миром его окружающим как нельзя более подтверждает собой все нами сейчас сказанное о даровании г. Гончарова.

Обломов и обломовщина: эти слова не даром облетели всю Россию и сделались словами, навсегда укоренившимися в нашей речи. Они разъяснили нам целый круг явлений современного нам общества, они поставили перед нами целый мир идей, образов и подробностей, еще недавно нами не вполне сознанных, являвшихся нам как будто в тумане.

Силой своего труда человек с глубоким поэтическим дарованием сделал для известного отдела нашей современной жизни то, что сделали родственные ему фламандцы со многими сторонами своей родной действительности.

Обломова изучил и узнал целый народ, по преимуществу богатый обломовщиной, – и мало того, что узнал, но полюбил его всем сердцем, потому что невозможно узнать Обломова и не полюбить его глубоко.

Напрасно и до сей поры многие нежные дамы смотрят на Илью Ильича как на существо достойное посмеяния, напрасно многие люди с чересчур практическими стремлениями усиливаются презирать Обломова и даже звать его улиткою: весь этот строгий суд над героем показывает одну поверхностную и быстропреходящую придирчивость.

Обломов любезен всем нам и стоит беспредельной любви – это факт, и против него спорить невозможно. Сам его творец беспредельно предан Обломову, и в этом вся причина глубины его создания. Обвинить Обломова за его обломовские качества не значит ли то же, что сердиться на то, зачем добрые и пухлые лица фламандских бургомистров на фламандских картинах не украшены черными глазами неаполитанских рыбаков или римлян из Транстевере? Метать громы на общество, рождающее Обломовых, по нашему мнению то же самое, что сердиться за недостаток снеговых гор в картинах Рюйздаля.

Разве мы не видим с разительной ясностью, что в этом деле вся сила поэта порождена его твердым, неуклонным отношением к действительности, помимо всех прикрас и сентиментальностей.

Крепко держась за действительность и разрабатывая ее до глубины еще никем неизведанной, творец «Обломова» и добился до всего, что истинно, поэтично и вековечно в его создании.

Скажем более, через свой фламандский, неотступный труд он дал нам ту любовь к своему герою, – про которую мы говорили и говорить будем. Не спустись г.

Гончаров так глубоко в недра обломовщины, та же обломовщина, в ее неполной разработке, могла бы нам показаться грустною, бедною, жалкою, достойною пустого смеха. Теперь над обломовщиной можно смеяться, но смех этот полон чистой любви и честных слез, – о ее жертвах можно жалеть, но такое сожаление будет поэтическим и светлым, ни для кого не унизительным, но для многих высоким и мудрым сожалением.

Новый роман г. Гончарова распадается на два неровные отдела. Под первою частью его, если не ошибаемся, подписан 1849 год, под остальными тремя 1857 и 58. Итак, почти десять лет отделяют первоначальный, многотрудный и еще не вполне выискавшийся замысел от его зрелого осуществления.

Между Обломовым, который безжалостно мучит своего Захара, и Обломовым, влюбленным в Ольгу, может, лежит целая пропасть, которой никто не в силах уничтожить.

Насколько Илья Ильич, валяющийся на диване между Алексеевым и Тарантьевым, кажется нам заплесневшим и почти гадким, настолько тот же Илья Ильич, сам разрушающий любовь избранной им женщины и плачущий над обломками своего счастия, глубок, трогателен и симпатичен в своем грустном комизме.

Черты, лежащие между этими двумя героями, наш автор не был в силах сгладить. На пропасти этой лежала одна переходная доска: неподражаемый Сон Обломова. Все усилия прибавить к ней что-нибудь оказались тщетными, пропасть оставалась прежней пропастью. Убедясь в этом, автор романа махнул рукой и подписал под первою частью романа все объясняющую цифру 49 года.

Страницы: 1 2

Источник: http://www.rlspace.com/konspekt-stati-druzhinina-oblomov-roman-i-a-goncharova/

Роман И.А. Гончарова «Обломов» в оценке А.В. Дружинина и Н.А. Добролюбова

Ник. Александр. Добролюбов (1836 — 1861) — литературный критик рубежа 1850-х и 1860-х годов, публицист, революционный демократ. Самые известные псевдонимы -бов и Н. Лайбов, полным настоящим именем не подписывался.

О Добролюбове как представителе «реальной» критики, связь с Гончаровым:

Д.

дорожит «непосредственным художническим чувством» в Гончарове, за его объективность, спокойность и беспристрастность в изображении мира своих героев (за те же особенности Гончарова, кстати сказать, критиковал Белинский). В Гончарове, по мнению Д., сильнее непосредственная реакция художника на действительность, чем в таких писателях, как Тургенев, который не стремится скрывать своих симпатий.

Действительно, Д. во всей своей критике так или иначе обуславливает правдивость воспроизведения жизни не столько идеологией писателя, сколько его живым чутьем и чувством. Д. – приверженец антропологического материализма (это общая основа «реальной» критики).

Человек, согласно АМ, по природе разумен, имеет наклонность к труду, является сущ-вом общественным, коллективным, стремится к счастью как «разумный» эгоист (то есть согласует свои интересы с пользой общества), свободен и свободолюбив.

Реальный человек в своем поведении обусловлен прежде всего требованиями свой человеческой природы, хотя и на него воздействует общество, пребывающее либо в ситуации гармонии с природой и ее требованиями, либо в состоянии хаоса (современное Д. общество).

Таким образом, положительный «естественный» общественный порядок противоположен отрицательному «искусственному» порядку.

Читайте также:  Воздух - роль воздуха в жизни человека, растений и животных

Эти посылки объясняют предпочтение, отдаваемое Д. непосредственному чутью и чувству писателя перед его идеологией. Масштаб натуры (природы) писателя адекватен у Д. размеру художнического дарования.

Для того же, чтобы постичь миропонимание художника, нужно заняться созданными им худ. образами, в которых это миропонимание и отражается.

Критика интересует не столько то, что хотел сказать писатель, сколько то, что сказалось определенным героем, конфликтом, произведением в целом. Такой метод и называется реальным.

Подлинный художник, по Д., умеет поставить перед читателем «полного человека». Изобразить человека в его полноте (и вообще «полноту явлений жизни»), т.е. в совокупности не только социальных, но и природных черт, — значит гарантировать характеру верность жизненной правде. Умение «охватить полный образ предмета, отчеканить, изваять его» — свидетельство незаурядности таланта Гончарова.

В Обломове, как и в других литературных образах, таких, как Онегин, Печорин, Бельтов, Рудин, Тентетников, искажено понятие о подлинных человеческих потребностях и порывах. Личная и соц. несостоятельность этих героев обусловлена их воспитанием и положением.

Ст. «Что такое обломовщина?» впервые опубликована в «Современнике» 1859, No V.

Статья имела огромное значение как программный общественно-политический документ.

Статья аргументирует необходимость разрыва всех исторически сложившихся контактов русской революционной демократии с либерально-дворянской интеллигенцией, сущность которой рассматривалась Д.

как идейная обломовщина, как показатель и непосредственное следствие разложения правящего класса, как главная опасность на данном этапе освободительной борьбы.

Развивая положения обзора «Литературные мелочи прошлого года» (программная статья Д.

, определившая позиции революционной демократии на новом этапе общественно-политической и литературной борьбы), статья «Что такое обломовщина?» направлена также против Герцена как автора статей, полемизировавших с «Современником» по вопросу о «лишних людях» и их исторической миссии.

После появления статьи «Что такое обломовщина?» Герцен внес в свое прежнее понимание политической функции «лишних людей» уточнение.

Никак не соглашаясь поставить в один ряд Онегина, Бельтова и Рудина с Обломовым, Герцен в статье «Лишние люди и желчевики» предложил по-разному толковать роль «лишних людей» в пору николаевской реакции и в годы революционней ситуации: «Лишние люди были тогда столько же необходимы, как необходимо теперь, чтобы их не было» («Колокол» от 15 ноября 1860, No 83).

Статья Д., вызвав бурю негодования в кругах консервативной, либерально-дворянской и буржуазной общественности, необычайно высоко оценена была читателями революционно-демократического лагеря. Полностью принял ее основные положения и сам Гончаров. Под впечатлением только что появившейся статьи Д. он писал 20 мая 1859 г. П.

В. Анненкову: «Мне кажется, об обломовщине, то есть о том, что она такое, уже сказать после этого ничего нельзя. Он это, должно быть, предвидел и поспешил напечатать прежде всех. Двумя замечаниями своими он меня поразил: это проницанием того, что делается в представлении художника.

Да как же он, нехудожник, знает это?»

Добролюбовское понимание образа Обломова и «обломовщины» вошло в широкий литературный оборот (многократное использование понятия «обломовщина» в статьях и речах В. И. Ленина).

Фрагменты из статьи «Что такое обломовщина?»:

Первая часть романа многим показалась скучною (отсутствие действия, интереса к общественной жизни). Последующие части романа сгладили первое неприятное впечатление. Тайна такого успеха заключается сколько непосредственно в силе художественного таланта автора, столько же и в необыкновенном богатстве содержания романа.

Гончаров не дает никаких выводов. Жизнь, им изображаемая, служит для него не средством к отвлеченной философии, а прямою целью сама по себе.

Именно поэтому в отношении к Гончарову критика обязана изложить общие результаты, выводимые из его произведения.

Писатель представляет живое изображение и ручается только за его сходство с действительностью; а там уж ваше дело определить степень достоинства изображенных предметов.

Талант Гончарова неподатлив на впечатления (в отличие от Тургенева, например). В уменье охватить полный образ предмета заключается сильнейшая сторона таланта Гончарова.

Он не поражается одной стороною предмета, одним моментом события, а вертит предмет со всех сторон. Гончаров хотел добиться того, чтобы случайный образ, мелькнувший перед ним, возвести в тип, придать ему родовое и постоянное значение.

Гончаров является художником, умеющим выразить полноту явлений жизни. Объективное творчество его спокойно, трезво, бесстрастно.

В истории о добряке-ленивце Обломове отразилась русская жизнь, в ней предстает живой, современный русский тип. В типе Обломова мы находим знамение времени.

Главные черты обломовского характера заключаются в совершенной инертности, происходящей от его апатии ко всему на свете. Причина апатии заключается отчасти в его внешнем положении, отчасти же в образе его умственного и нравственного развития. Он барин, «у него есть Захар и еще триста Захаров», что в пагубно не него влияет.

В детстве Обломова постоянно баловали, и теперь, во взрослой жизни он демонстрирует отвращение от серьезной и самобытной деятельности. Он не привык делать что-нибудь, не может определить, что он может сделать и чего нет, следовательно не может и серьезно, деятельно захотеть чего-нибудь.

Несправедливо было бы думать, что он от природы лишен способности произвольного движения. В мечтах своих он и любил предаваться воинственным и героическим стремлениям. Ясно, что О. не тупая, апатическая натура, без стремлений и чувств, а человек, тоже чего-то ищущий в своей жизни, о чем-то думающий.

Но гнусная привычка получать удовлетворение своих желаний не от собственных усилий, а от других, развила в нем апатическую неподвижность и повергла его в жалкое состояние нравственного рабства (= барства).

Обломов и вообще жизни не умел осмыслить дли себя. Идеал счастья, нарисованный им Штольцу, заключался ни в чем другом, как в сытной жизни и в идиллических прогулках с женою и в созерцании того, как крестьяне работают.

Многие лит. герои страдают оттого, что не видят цели в жизни и не находят себе приличной деятельности. Онегин, Рудин, Тентетников, Бельтов, Печорин, как и Обломов, не дописывают своих сочинений до конца, не испытывают тяги к чтению, не любят служить, все склонны к идиллическому, бездейственному счастью.

Людей они презирают, с их мелким трудом, узкими понятиями и близорукими стремлениями. В отношении к женщинам ведут себя постыдным образом. Они не прочь пококетничать с женщиной, но только дело дойдет до чего-нибудь серьезного, они обращаются в бегство. Вообще, все эти герои не делают ничего истинно полезного.

[В этом абзаце пересказываю своими словами мысль Д.] Вот они, наши передовые люди.

Они ведут за собой людей, через лес, через дремучие дебри, они должны расчищать дорогу по лесу, но вместо этого эти умники залезают на деревья, чтобы ничего не предпринимать, потом начинают рассуждать о разных путях выбраться из леса. Стоящим внизу людям это надоедает, они рубят деревья, строят мост. Передовые люди в растерянности, кричат: «Оставьте!»

Теперь уже настало время работы общественной. Но кто сдвинет с места обломовцев всемогущим словом «вперед!»? Нет ответа на этот вопрос ни в обществе, ни в литературе.

Штольцев, людей с цельным, деятельным характером, при котором всякая мысль тотчас же является стремлением и переходит в дело, еще нет в жизни нашего общества. Штольц у Гончарова — человек деятельный.

Но что он делает, для нас остается тайной.

Более того, он не дорос еще до идеала общественного русского деятеля: мы не понимаем, как мог Штольц в своей деятельности успокоиться от всех стремлений и потребностей, на своем отдельном счастье.

Ольга представляет высший идеал, какой только может теперь русский художник вызвать из теперешней русской жизни.

Она необыкновенной ясностью и простотой своей логики и изумительной гармонией своего сердца и воли поражает нас до того, что мы готовы усомниться в ее даже поэтической правде.

Но мы находим, что она постоянно верна себе и своему развитию, что она живое лицо, только такое, каких мы еще не встречали. От нее можно ожидать слова, которое сожжет и развеет обломовщину.

Это в ее сердце и голове веяние новой жизни, к которой она несравненно ближе Штольца. Какие-то туманные вопросы и сомнения тревожат ее, она говорит о них Штольцу.

Но ясно, что он не хочет «идти на борьбу с мятежными вопросами», он решается «смиренно склонить голову».

А она готова на эту борьбу (философский разговор Андрея и Ольги о жизни и смерти превращается у Добролюбова в политически ориентированный).

Александр Вас. Дружинин (1824 — 1864) – беллетрист, критик, фельетонист, переводчик. Сначала сотрудничал в «Современнике», но вскоре ушел из него из-за полных разногласий с Чернышевским.

О Дружинине как представителе «эстетической» критики:

ЭК – суждения о лит-ре с позиций «вечных» и «неизменных» законов искусства. Господствует в первую пол. 50-х гг. В своих философских взглядах представители ЭК остаются объективными идеалистами, в осн. гегельянцами. По политич.

убеждениям они противники крепостнич. системы, экономич. и сословного подавления личности, мечтающие о реформировании России по образцу зап.-евр. стран, но выступающие против революц.-насильств. способов общественного прогресса.

Дружинин признает сод-нием ис-ва только неизменные «идеи вечной красоты, добра, правды» и считает противопоказанными ему преходящие минутные интересы, проблемы текущей жизни, не приемлет в лит-ре социальной направленности (такую лит-ру он называет дидактической, в отличие от артистической, «вечной»).

О ст. «»Обломов». Роман И. А. Гончарова»:

Любимым персонажем Дружинина в русской литературе 1850-х годов становится Обломов, которого критик считает блистательным выразителем национальной и общечеловеческой нравственности, чуждым всякой практичности и в то же время бесконечно далеким от равнодушной апатии.

Дружинин считает, что Гончаров «есть художник чистый и независимый». Чистый значит свободный от влияния сиюминутных модных идеологических пристрастий. Такой художник может быть опорой человеческой душе.

Именно на поэтическую сторону натуры Ильи Обломова направлено внимание критика.

Поэтому Обломов вызывает не одно только раздражение (это, как считает Дружинин, поверхностный взгляд на его характер), а и уважение не только у читателей, но и у персонажей, которые окружают героя.

В своей статье Дружинин показывает, что замысел романа «Обломов» и сама обрисовка образа гл. героя гораздо шире и полнее той социальный мерки, которую пытаются приложить революционно ориентированные исследователи.

Фрагменты из статьи «»Обломов». Роман И. А. Гончарова»:

Великий поэт есть всегда великий просветитель, и поэзия есть солнце нашего внутреннего мира, которое, по-видимому, не делает никаких добрых дел, никому не дает ни гроша, а между тем живит своим светом всю вселенную. У нас все истинно поэтическое не стареет. В настоящие года вся читающая Россия жаждет истинных созданий искусства.

Наперекор наиболее слабой первой части романа и прерывистой публикации его глав (печатался помесячно), «Обломов» захватил все внимание читателей.

В Г. мы всегда видели одного из сильнейших современных русских художников. Он художник чистый и независимый. Он реалист, но его реализм согрет глубокой поззиею (влияние поэзии Пушкина).

Дружинин сравнивает Г. с фламандскими художниками: Г. национален, неотступен в раз принятой задаче и поэтичен в малейших подробностях создания. Он не путается в системах и не рвется в области ему чуждые.

Простой и даже как будто скупой на вымысел, Гончаров не выдает всей своей глубины поверхностному наблюдателю.

Но он является глубже и глубже с каждым внимательным взглядом, он ставит перед нашими глазами целую жизнь данной эпохи и общества.

Обвинять Обломова за его обломовские качества нельзя. Не спустись Гончаров так глубоко в недра обломовщины, она, в ее неполной разработке, могла бы показаться жалкою, достойною пустого смеха.

«Обломов» распадается на два неровные отдела. Под первою частью подписан 1849 год, под остальными тремя 1857 и 58 9. Между Обломовым, который мучит своего Захара, и Обломовым, влюбленным в Ольгу лежит целая пропасть. Перекладиной между двумя пропастями стал «Сон Обломова».

Воспользуемся распадением романа на две части.

1849 г., часть I:

Обломов еще являлся своему поэту в виде явления отрицательного (эгоизм, лень, нескладность, равнодушие, враждебность к тому, что вых. из его сферы).

«Сон Обломова»:

Был первым шагом к уяснению Обломова с его обломовщиной. Сон и поясняет и просветляет собою Обломова. В описании сна нет ничего лишнего, все мелочи обстановки необходимы. Труд над деталями был необходим и важен для уловлений высших задач искусства.

1857-58, II-IV части:

Читайте также:  Природа, растения и животные англии

Ольга И. оказала благотворное влияние на ход романа и развитие типа Обломова. Обломовы выдают всю прелесть, всю слабость и весь грустный комизм своей натуры через любовь к женщине. Эпизоды с участием Ольги и Обломова полны психологической глубины и мудрости.

Гончаров с первых сцен между Ольгой и О. отдал большую долю интриги комическому элементу. Это смело, потому что до сих пор никто еще из поэтов не останавливался на этом. Ольга поняла Обломова ближе, чем понял его Штольц. Она разглядела в нем нежность, чистоту нрава, способность к преданности, неспособность на нечистое дело.

Вот где является истинный смех сквозь слезы — тот смех, который стал было нам ненавистен (аллюзия к Гоголю).

Штольцем недовольны многие из почитателей Гончарова. На долю Штольца падал труд уяснения Обломова и обломовщины путем противопоставления двух героев. Но Штольц исчез перед Ольгой. Роль его стала незначительною. Это человек обыкновенный и не метящий в необыкновенные люди,

лицо, вовсе не возводимое романистом в идеал нашего времени. Подробно и поэтично описывая детство Штольца, Гончаров так охлаждается к периоду его зрелости, что даже не сообщает нам, какими именно предприятиями занимается Штольц.

В романе много лиц, преданных Илье Ильичу: Захар, Анисья, Штольц, Ольга, Алексеев, Пшеницына.

Агафья Матвеевна загубила Обломова, но этой женщине все будет прощено за то, что она много любила.

Не следует думать, чтоб обломовщина принадлежала одной России. По лицу всего света рассеяны многочисленные братья Ильи Ильича, то есть люди, не подготовленные к практической жизни.

Обломовщина в слишком обширном развитии, вещь нестерпимая, но к свободному и умеренному ее проявлению не за что относиться с враждою.

Обломов — ребенок, а не дрянной развратник, он соня, а не безнравственный эгоист или эпикуреец времен распадения Он бессилен на добро, но он положительно неспособен к злому делу, чист духом, не извращен житейскими софизмами.

Легко нападать на Обломова с точки зрения людей практических, но отчего бы не взглянуть на их недостатки.

Обломов свободен от нравственных болезней, не заражен житейским развратом и на всякую вещь смотрит прямо, не считая нужным стесняться перед кем-нибудь или перед чем-нибудь в жизни.

Илья Ильич во многом оставил за собой чистоту и простоту ребенка, качества драгоценные во взрослом человеке.

По практичности, по силе воли, по знанию жизни О. далеко ниже Ольги и Штольца, по инстинкту правды и теплоте своей натуры он их выше (отдаление О. И Ш. от Обломова после его женитьбы на Пшеницыной, отказ от опеки над детьми П., помощи ей самой и Захару).



Источник: https://infopedia.su/2×2709.html

А. В. Дружинин о романе И. А. Гончарова «Обломов» (стр. 2 из 3)

Автор «Обломова», — писал Дружинин, — есть «художник чистый и независимый, художник по призванию и по целости того, что им сделано»[8] . Подобно этому и Добролюбов увидел тайну успеха романа «непосредственно в силе художественного таланта автора», который не дает и, по-видимому, не хочет дать никаких выводов.

«Жизнь, им изображаемая, служит для него не средством к отвлеченной философии, а прямою целью сама по себе». «Гончаров является перед нами прежде всего художником… объективное творчество его не смущается никакими предубеждениями и заданными идеями, не поддается никаким исключительным симпатиям.

Оно спокойно, трезво, бесстрастно», пишет Добролюбов[9] .

И Дружинин и Добролюбов высоко оценили неторопливое внешне повествование Гончарова о его пристальным вниманием к тому, что поначалу могло казаться несущественными мелочами, и потому же оба, особенно Добролюбов, явно скептически отозвались о недовольных романом читателях, которым «нравится обличительное направление».

Оба критика, проявив большое художественное чутье, точно определили художественную суть и дарования Гончарова вообще, и его романа в частности. Но, начав с одинаковой вроде бы оценки, оба во многом пошли в разные стороны. И здесь вступала в действие общественная позиция критиков, которая и заставила их писать о романе разные вещи, то есть не столько по-разному, сколько о разном.

Добролюбов рассмотрел социальные корни обломовщины, то есть, прежде всего, крепостное право, и указал на тип Обломова и обломовщины как на новое слово нашего общественного развития, «знамение времени».

Естественно, что и сам «барин» Обломов получил у него достаточно жесткую оценку. Хотя не нужно думать, что к уяснению такого только барства Обломова и сводится смысл добролюбовской статьи. Недаром он пишет: «Это коренной, народный наш тип».

И в другом месте: «Обломов не тупая, апатическая натура, без стремлений и чувств»[10] .

Дружинин же рассмотрел обломовщину как явление, «корни которого романист крепко сцепил с почвой народной жизни и поэзии». «Обломов и обломовщина: эти слова не даром облетели всю Россию и сделались словами, навсегда укоренившимися в нашей речи.

Они разъяснили нам целый круг явлений современного нам общества, они поставили перед нами целый мир идей, образов и подробностей, еще недавно нами не вполне сознанных, являвшихся нам как будто в тумане»[11] — пишет Дружинин. Обломов дорог ему как тип, как дорог он любому русскому человеку.

«Обломова изучил и узнал целый народ, по преимуществу богатый обломовщиной, — и мало того, что узнал, но полюбил его всем сердцем, потому что невозможно узнать Обломова и не полюбить его глубоко»[12] .

Дружинин пишет о великом мастерстве Гончарова, который так полно и так глубоко рассмотрел «обломовщину» не только в её негативных чертах, но и грустных, смешных и милых.

«Теперь над обломовщиной можно смеяться, но смех этот полон чистой любви и честных слез, — о ее жертвах можно жалеть, но такое сожаление будет поэтическим и светлым, ни для кого не унизительным, но для многих высоким и мудрым сожалением»[13] . Дружинин совершенно далёк от того, чтобы вслед за Добролюбовым назвать Обломова «лишним человеком», критик говорит о том, что сопоставление героя романа с «лишними людьми» не входило в задачи Гончарова.

Дружинин со свойственной ему чуткостью подмечает все мельчайшие нюансы развития образа Обломова. Для него совершенно очевидно, что: «Между Обломовым, который безжалостно мучит своего Захара, и Обломовым, влюбленным в Ольгу, может, лежит целая пропасть, которой никто не в силах уничтожить.

Насколько Илья Ильич, валяющийся на диване между Алексеевым и Тарантьевым, кажется нам заплесневшим и почти гадким, настолько тот же Илья Ильич, сам разрушающий любовь избранной им женщины и плачущий над обломками своего счастия, глубок, трогателен и симпатичен в своем грустном комизме. Черты, лежащие между этими двумя героями, наш автор не был в силах сгладить»[14] .

Именно этой пропастью и объясняется дата 1849 г. В конце первой части, которая условно делит роман.

Дружинин говорит о типичности Обломова, которая, в целом, и объясняет всенародную любовь к нему. Вместе с автором романа он ищет причины, которые так привязывают сердца читателей к нескладному герою романа.

«Не за комические стороны, не за жалостную жизнь, не за проявления общих всем нам слабостей любим мы Илью Ильича Обломова.

Он дорог нам как человек своего края и своего времени, как незлобный и нежный ребенок, способный, при иных обстоятельствах жизни и ином развитии, на дела истинной любви и милосердия»[15] .

С любовью и сочувствием описывает Дружинин Ольгу, образ которой так замечательно оттенил и дополнил характеристику главного героя романа.

Ведь именно через отношение Ильи Ильича к Ольге мы до конца понимаем его, ведь «Обломовы выдают всю прелесть, всю слабость и весь грустный комизм своей натуры именно через любовь к женщине»[16] .

Их отношения весёлые, грустные, разные, невероятно и полно выписаны Гончаровым, Дружинин подмечает их замечательную нетипичность для художественной литературы.

«…до сих пор никто еще из поэтов не останавливался на великом значении нежно-комической стороны в любовных делах, между тем как эта сторона всегда существовала, вечно существует и выказывает себя в большей части наших сердечных привязанностей»[17] . А несчастную любовь Обломова и Ольги он называет «одним из обворожительнейших эпизодов во всей русской литературе»[18] .

Образ Штольца, призванный оттенить Обломова, кажется Дружинину лишним, критик считает что Штольц был задуман до Ольги и он бы выполнил свою функцию не будь её.

«Уяснение через резкую противоположность двух несходных мужских характеров стало ненужным: сухой неблагодарный контраст заменился драмой, полною любви, слез, смеха и жалости.

За Штольцом осталось только некоторое участие в механическом ходе всей интриги…»[19] .

Дружинин подмечает не только любовь читателей к Обломову, но и любовь самих персонажей к Илье Ильичу. И Захар, и Анисья, и Алексеев, Штольц, Агафья Матвеевна, Ольга, — все «привлечены прелестью этой чистой и цельной натуры».

Каждый персонаж любит его по-своему, однако критик привлекает наше внимание к скромной фигуре Агафьи Матвеевны, которая хотя и стала «злым ангелом» Обломова, нежно и преданно любила его.

«Страницы, в которых является нам Агафья Матвеевна, с самой первой застенчивой своей беседы с Обломовым, верх совершенства в художественном отношении, но наш автор, заключая повесть, переступил все грани своей обычной художественности и дал нам такие строки, от которых сердце разрывается, слезы льются на книгу и душа зоркого читателя улетает в область тихой поэзии, что до сих пор, из всех русских людей, быть творцом в этой области было дано одному Пушкину»[20] .

Дружинин говорит об обломовщине не как о социальном зле, а об особенностях человеческой натуры, о то общем, что роднит людей и народы. «Обломовщина, так полно обрисованная г.

Гончаровым, захватывает собою огромное количество сторон русской жизни, но из того, что она развилась и живет у нас с необыкновенной силою, еще не следует думать, чтоб обломовщина принадлежала одной России.

Когда роман, нами разбираемый, будет переведен на иностранные языки, успех его покажет, до какой степени общи и всемирны типы, его наполняющие!»[21] .

Критик далёк и от того, чтобы клеймит обломовщину, как безусловное зло и порок: «Обломовщина гадка, ежели она происходит от гнилости, безнадежности, растления и злого упорства, но ежели корень ее таится просто в незрелости общества и скептическом колебании чистых душою людей пред практической безурядицей, что бывает во всех молодых странах, то злиться на нее значит то же, что злиться на ребенка, у которого слипаются глазки посреди вечерней крикливой беседы людей взрослых»[22] .

И если Добролюбов прежде всего увидел и точно показал неспособность Обломова к положительному добру, то Дружинин прежде всего увидел и верно оценил положительную неспособность Обломова к злу.

«Русская обломовщина, так как уловлена она г. Гончаровым, во многом возбуждает наше негодование, но мы не признаем ее гнилости или распадения…

Обломов — ребенок, а не дрянной развратник, он соня, а не безнравственный эгоист или эпикуреец»[23] .

Защищая столь милого его сердцу Обломова, Дружинин обращает свой гневный взор на «недостатки современных практических мудрецов», к которым он без сомнения причисляет и Ольгу со Штольцем.

Рассматривая эпизод, когда они узнав о позорном «мезальянсе» бегут от своего старого друга со словами «всё кончено» или безучастно наблюдают за печальным состоянием дел в Обломовке (разрешить которые дельцу Штольцу можно в течение нескольких часов), критик не находит оправдания этим «гуманным и образованным людям». Он уверен, случись такая беда с ними самими, Обломов незамедлительно пришёл бы на помощь. Пусть неумело, нелепо, но обязательно постарался бы выручить. А Ольга и Штольц со своим «практическим laissez faire, laissez passer (не вмешивайтесь в чужие дела (фр).» бросили Илью Ильича, что в конечном счёте и ускорило его гибель.

Представляется интересным рассмотреть и художественный стиль критических произведений Дружинина. Статья начинается с большого «лирического отступления» он говорит о европейских писателей, рассказывает забавные истории, подводя читателя к своей теории «чистого искусства».

Он пишет, что «Вседневные, насущные потребности общества законны как нельзя более, хотя из этого совершенно не следует, чтоб великий поэт был их прямым и непосредственным представителем. Сфера великого поэта иная — и вот почему никто не имеет права извлекать его из этой сферы»[24] .

Хорошо зная зарубежную литературу, Дружинин постоянно отсылает читателя к ней, проводит параллели, видя в русском художественном произведении отражение всего мира, забот всего человечества.

Источник: http://MirZnanii.com/a/134911-2/a-v-druzhinin-o-romane-i-a-goncharova-oblomov-2

Ссылка на основную публикацию